Слова соперника ударили Тибера под дых — это было видно по тому, как резко побелело, а затем побагровело от злости его лицо. Интересно, на что он рассчитывал, когда тащил меня в Логово? Как думал справляться с ревностью? Неужели не понимал, кем я здесь стану? Не ждал таких ситуаций или ждал, но оказался катастрофически не готов?
Впрочем, это были его проблемы, мои же притаились за дверью на втором этаже, к которой я неизбежно приближалась, окружённая мужчинами-охранниками.
Сбоку, почти касаясь меня плечом, шёл Тибер. Впереди — Майк. Трое здоровяков, ехавших с ним в зелёном танке, блокировали дорогу назад — следили за тем, чтобы жертва не развернулась и не сбежала. Спиной я чувствовала их липкие, плотоядные взгляды. Слышала, как волки принюхиваются, раз за разом с шумом втягивая воздух.
Неужели и с ними мне придётся делить постель? Со всеми ними?
— Скорее, Косточка, — Майк послал через плечо двусмысленную улыбку. — Уверен, вожаку не терпится на тебя посмотреть.
Тибер насупился, но остался ждать за дверью, как ему было велено, а я вошла в полутёмный кабинет, и тяжёлая дубовая створка захлопнулась за спиной. Пока мы поднимались по лестнице, солнце окончательно село. На столе горела одинокая лампа, и в круге жёлтого света я увидела пустое кресло с пиджаком, накинутым на высокую спинку.
Но где же хозяин этого кресла и этого пиджака?
— Тая, счастлив тебя видеть.
Голос, глубокий, вкрадчивый, раздался со стороны книжных полок. Из-за стеллажа выскользнула тень, отделилась от окружающего мрака, вошла в круг света от сиротливой настольной лампы и оказалась статным мужчиной с длинными волосами, стянутыми в хвост. Лицо осталось затемнено. Зато ярко белела рубашка, расстёгнутая на две пуговицы.
Вжавшись в дверь, я наблюдала, как мужчина опирается руками на столешницу, присаживается на край и вальяжно вытягивает ноги. Вожак стаи. Хозяин положения.
Мой будущий любовник.
А я даже не знала, как он выглядит. Ничего не могла разглядеть в густой тени.
— Не бойся, девочка. Теперь ты дома. Наконец дома. И никто не посмеет тебя обидеть.
— Я не боюсь.
Мужчина усмехнулся. Мои слова и дрожащий голос его не убедили.
— Зови меня Коул, — он скрестил руки на широкой груди. Рукава белой рубашки были закатаны на треть и открывали красивые мышцы. — Ещё ты можешь называть меня любимый. Или дорогой. Или даже супруг. Почему нет? Ведь это не так далеко от истины. — Белозубая улыбка во мраке. — В общем, ты можешь обращаться ко мне, как пожелаешь.
Я дрожаще выдохнула, не зная, что на это ответить.
Любимый? Супруг? Серьёзно?
Что ж, главное, на меня не бросались и не тащили на стол, пытаясь изнасиловать.
— Расскажи мне о своём путешествии, — продолжил волк тем же низким, чарующим голосом. Тон его был мягким, доверительным, от такого мурашки бежали по коже. — Что заставило хрупкую, беззащитную девочку сбежать в Запретный лес, ко всем этим монстрам? Что тебя напугало? Какие страшилки тебе рассказали о нас? Не верь им. Это всё неправда.
— Мне придётся с вами спать? С вами и со всей стаей? — кто бы знал, как тяжело было задать этот вопрос!
Вожак изменил позу, немного подался вперёд, всё ещё прячась в темноте.
— Придётся? — в его голосе мелькнуло удивление, возможно, наигранное. — Ты будешь счастлива делить постель с красивыми, выносливыми самцами, получать столько удовольствия, сколько ни одна женщина. Тебе больше ни о чём не надо думать, ни о чём переживать. Стая позаботится о тебе, решит все проблемы. А взамен попросит сущую мелочь. Ты сама охотно окажешь нам эту небольшую услугу. Со временем войдёшь во вкус и поймёшь, как сильно тебе повезло. Волки искусные любовники.
Я опустила взгляд, борясь с тошнотой.
— И как много вас будет? Со сколькими мужчинами я должна трахаться?
— Фу, как грубо. «Трахаться» — какое вульгарное словечко! Заниматься любовью. Так правильнее.
— Хорошо, со сколькими мужиками я должна «заниматься любовью»? — переспросила с сарказмом.
Коул со вздохом обошёл стол. Кресло скрипнуло, приняв вес оборотня. Наконец я смогла разглядеть его лицо, решительное, волевое, скуластое. В темноте Коул казался брюнетом, но в свете лампы я увидела, что его волосы пепельные. Глаза отливали ледяной сталью.
— Я не хотел начинать знакомство с таких подробностей, — сказал волк. — Но раз тебе не терпится всё выяснить… Не все оборотни одинаково одарены магией. Я попрошу тебя помочь только самым сильным, тем, чей потенциал велик, тем, кто составляет костяк стаи.
— И сколько их?
— Семеро. У тебя будет семь постоянных любовников.
Семь… Больше, чем я надеялась, меньше — чем боялась.
Так или иначе это было много. Чертовски, запредельно много. Почти дюжина! Я буду принимать в себя семь членов. Обслуживать семь мужиков. У меня будет любовников столько, сколько дней в неделе.
Коул внимательно следил за моей реакцией.
— Не спеши падать в обморок, моя девочка. Всё не так страшно, как тебе кажется.
Не так страшно?
Я остро почувствовала себя проституткой. Похищенной и проданной в бордель.
А всё Тибер! Предал! Привёз сюда! Меня затопила злая, обжигающая ненависть.
