Ловушка для сердцееда (СИ) полностью

Репутация: Кем он был? Легендарным сердцеедом? Забиякой и дуэлянтом? Распутником? Искушённым политиком? От этого напрямую зависит, какого поведения от него ожидают.

Привычки: Как он говорил? Как двигался? Что любил? Чем увлекался? Малейшая фальшь в мелочах может выдать его с головой.

Физическое Восстановление: Выжить любой ценой. Беспрекословно следовать указаниям доктора. Боль — его злейший враг на данном этапе.

Пьер осторожно отёр его руки. Леонард открыл глаза.

«Пьер…» — его новый голос звучал непривычно слабо, но он постарался придать ему оттенок доверительной искренности. «Скажи… кто я? Я… ничего не помню. Лишь боль… и бездонную пустоту».

Пьер замер, полотенце в его руках дрогнуло. В глазах промелькнуло сочувствие, смешанное с растерянностью.

«Вы… вы граф Леонард Антуан де Виллар, ваша светлость,» — произнёс он почти благоговейно. «Владелец этих земель, величественного замка Виллар и сеньор над окрестными деревнями. Вы… вы один из самых блистательных кавалеров при дворе Его Величества.» Пьер запнулся, явно подбирая слова. «Вы известны вашей… храбростью, вашей… учтивостью с дамами…»

Храбростью? Учтивостью? Леонард мысленно усмехнулся. "Храбрость" — забраться в чужую супружескую постель, "учтивость" — довести дело до кровопролитной дуэли. Идиот этот Леонард. Красивый, несомненно, богатый, но безнадёжный идиот.

«А господин де Люсьен?» — спросил он, переходя к конкретике.

«Господин Арман де Люсьен — ваш кузен, ваша светлость,» — ответил Пьер, явно обрадовавшись возможности сменить тему на более безопасную. «И ваш самый преданный друг. Он управляет поместьем в ваше отсутствие, когда вы при дворе или… заняты. Именно он разыскал лучших лекарей, он не отходил от вас ни на шаг…» В голосе Пьера звучало неподдельное уважение к де Люсьену.

Кузен. Управляющий. Верный друг. Хорошо. Потенциальный союзник. Или… тот, кто знает старого Леонарда лучше всех и первым заметит подмену? Риск.

«А… семья? Родители?»

Тень глубокой печали скользнула по лицу Пьера.

«Ваш отец, граф… пал на поле брани, Ваша светлость, когда Вам едва исполнилось десять лет. Ваша матушка, графиня Изабелла… последовала за ним спустя год, не сумев пережить невосполнимое горе. Вы… Вы последний из рода Вилларов по прямой линии».

Сирота. Последний в роду. Значит, тяжкий груз ответственности за продолжение рода? Или безграничная свобода? И ещё один мощный стимул для коварных врагов — завладеть заветным титулом и плодородными землями, если он умрёт, не оставив наследника.

Жгучая боль в груди напомнила о себе с новой силой. Леонард невольно застонал, не в силах сдержать мучительный звук. Пьер встревоженно наклонился над ним.

«Ваша светлость! Вам плохо? Позвать доктора?»

«Нет…» — прошептал Леонард. «Просто… боль. И… всё это так странно. Словно я родился заново, но в чужой, незнакомой жизни». Он намеренно позволил голосу дрогнуть. «Мне страшно, Пьер».

Искренность (или её безупречная имитация) возымела действие. Глаза камердинера наполнились слезами сочувствия.

«Всё будет хорошо, Ваша светлость! Мы все здесь, мы поможем Вам вспомнить! Или… или научиться жить заново! Главное — что вы остались живы!»

Научиться жить заново. Именно так. Лео Виллард умер героем. Граф Леонард Виллар выжил по глупости. Теперь ему предстоит блистательно сыграть роль дурака, который заново познаёт мир, чтобы в итоге перехитрить всех и выжить в новой реальности. И первое правило этой опасной игры: никому нельзя доверять безоговорочно. Даже преданному Пьеру. Даже верному кузену Арману. И в особенности — самому себе, со своими современными мыслями и предательскими оговорками.

«Благодарю тебя, Пьер,» — тихо произнёс Леонард, прикрывая глаза и искусно изображая крайнюю степень истощения. «Ступай. Я… постараюсь уснуть.»