Картинки сна сменялись одна за другой. Сон словно по взмаху волшебной палочки возвращал майора в разные этапы его жизненного пути. Ему снилось, как он маленьким мальчиком едет на велосипеде по бескрайней равнине, отец с неизменной улыбкой на знакомом до боли лице. Чем глубже он проваливался в сон, тем тревожнее становились его воспоминания. Вдруг он увидел себя со стороны, там, в ущелье, услышал взрывы и выстрелы. К нему подбежал солдат, лицо которого он никак не мог рассмотреть, и закричал:
— Товарищ капитан, надо отходить, снайпер, он перебьет нас всех, помощи ждать неоткуда.
— Будем стоять до конца, — закричал Золотарев, — это приказ!
Он достал пистолет, тот самый наградной, посмотрел на дарственную надпись, и приставил дуло к виску.
— А как же Наташа? Юрка? Катька? — Подумал он, — Как они без меня? В следующее мгновение, он увидел человека в камуфляжной форме и рядом с ним силуэт собаки.
— Здравствуй, майор, — окликнул его человек в форме, — узнал меня? Вижу, что узнал. Совсем ты раскис, думаешь, сейчас застрелишься, и это всё решит для тебя? Сомневаюсь. Не выход это. Ты же офицер, держи в руках себя, майор.
«Странно, — подумал Золотарев, — в ущелье я был еще капитаном, почему он называет меня майор?» Он вгляделся в лицо человека и вздрогнул от неожиданности. Перед ним стоял тот самый спецназовец, тот самый, с собакой, который спас их тогда в ущелье. Офицер с фотографии на кресте в шестнадцатом ряду на кладбище, хозяин Метиса.
— Не бойся, майор, — я на твоей стороне воюю, — сказал Сергей и протянул ему руку.
Золотарев почувствовал крепкое рукопожатие и подумал: «Надо же, вроде бы это сон, а я чувствую тепло его руки, как наяву».
— Но ты же умер! — Закричал майор. — Я видел там твою могилу. Зачем ты сейчас пришел? Чтобы помочь мне? Как тогда?
— Все мы когда-то умрем, — ответил Сергей, — вопрос только где, когда и как, и что останется после нас. Помнишь, майор, слова, которые сказала тебе цыганка, там, на вокзале в Ростове. Думай сердцем, слышишь, майор, сердцем. Твое сердце должно было тебе подсказать, что Метис не случайно появлялся в твоей жизни. Каждый раз, когда наступал момент истины, он всегда был рядом. Найди его, вы нужны друг другу. Понимаешь, майор?
— Я начинаю понимать, о чём ты говоришь, — ответил Золотарёв, — я обязательно его разыщу. Это теперь моё личное дело. Это дело моей семьи.
— Ну вот, наконец-то, теперь я совершенно спокоен, — ответил Сергей, — а сейчас, убери пистолет, и иди, спасай своих ребят. Тебе много еще кого придется спасти. Ты им нужен, своей семье, твоим бойцам, которые верят в тебя, Метису, понимаешь, майор?
Картина сна вдруг резко изменилась, и Золотарев увидел огромное васильковое поле. Он стоял в самом его центре. Ярко светило солнце, вокруг летали птицы. Было очень тихо. Так тихо, что майор услышал, как где-то жужжат пчелы. Старая женщина, в странной одежде, медленно и устало подошла к нему. В руках она держала старую, потрепанную, толстую книгу. Золотарев вгляделся в её лицо, и узнал ту самую цыганку, которая гадала ему на вокзале.
— Ну, здравствуй, солдатик, — промолвила старуха, — а ты не верил мне. Думал, старая выжившая из ума цыганка всем говорит одно, и тоже?
— Зачем я подошел к тебе в тот день?! — Спросил Золотарев, — Я мог жить, ничего не зная. Так намного легче и спокойнее, и тогда свершилось бы то, что должно было свершиться. Разве это не лучше? Разве это не правильней?
— Глупый ты, — ответила старуха, открывая книгу на самой середине, — знаешь что это? Книга судьбы. Вот смотри, это вся твоя жизнь. Здесь всё. Она написана заранее, и ты ничего не смог бы в ней изменить. Её страницы заполнены до сегодняшнего дня, потому что сегодня решается, будет ли она продолжена или остановится на этом месте. Только от тебя теперь зависит будущее тебя и твоей семьи. Ангел Хранитель, помнишь? Он уже здесь. Он ждет своего часа. Он предупредил тебя знаками. Теперь, ты должен слушать свое сердце.
Внезапно цыганка захлопнула книгу, бросила её на землю и пронзительно закричала Золотареву прямо в лицо:
— Когда горы упадут на землю, и реки повернуться вспять, когда солнце испепелит все живое на земле, и силы зла возликуют в предчувствии победы над силами добра, с небес придет Он! Израненный, но непобежденный, опаленный дыханием смерти, восставший из ада и возрожденный из пепла. Последний воин добра и справедливости. Ангел Хранитель готовый отдать свою жизнь во имя спасения каждого, кто тебе дорог. За каждого, за кого ты отдал бы, не раздумывая свою жизнь, и имя ему, — старуха замолчала и, отвернувшись, начала медленно уходить в сторону горизонта. Золотарев недоуменно смотрел ей вслед. Он понимал, что это сон, но не мог проснуться. Майор протянул руки вперёд и хотел окликнуть её, но не смог произнести ни слова. Старуха обернулась и уже спокойным и уверенным голосом добавила:
— Ты уже знаешь его имя, оно написано в книге твоей жизни, оглянись, он уже стоит у тебя за спиной.
