— Если бы ты могла стать принцессой, — она потеребила стальной шарик у себя под носом, — в кого бы ты захотела перевоплотиться? В Белоснежку, Ариэль или Рапунцель?
«Ну вот, — подумала я. — Шиза пошла. А ведь девчонка казалась нормальной».
— Это что, какой-то тест? — спросила я, напоминая себе мысленно, что главное — психов не злить, это может быть опасно.
— Типа того, — качнулось в кивке воронье гнездо.
— Ну, мне всегда нравилась Рапунцель, — проговорила я, прикидывая пути бегства. Их не было — разве что я вскарабкаюсь на шпалеры. — Но если бы действительно могла выбирать, кого захочу, то я бы стала принцессой Шип.
Девчонка выпучила на меня глаза, маленькие пухлые губы приоткрылись. Наверное, если бы я и вправду превратилась в Рапунцель и запрудила весь садик своими золотыми косами, то вызвала бы меньше эмоций на этом хмуром, замкнутом лице.
— Как ты сказала? Повтори! — потребовала странная девица прерывающимся голосом.
Блин! Надо было не выдрючиваться, а выбрать одну из героинь Диснея.
— Шип, — обреченно повторила я. — Правда эта принцесса совсем не популярна, так что…
— Стой тут! — прервала меня пациентка, сверкнув глазами. — Никуда не уходи.
Черные кроссовки взрыли палую листву, встрепанные волосы замелькали среди путаницы веток. Моя собеседница стремительно неслась в направлении отделения «U». «И вот что это сейчас было?» — мысленно вздохнула я.
Хм… Вопрос в том, стоит ли мне уйти, пока путь свободен, или все же остаться и дожидаться неизвестно чего, вполне возможно, это окажется отряд свободных психов из корпуса «U1». Кто знает, может, они совсем не так не опасны для окружающих, как меня в этом убеждала Диана Брант?
Я осторожно выглянула из-за шпалер. Кажется, пока все тихо. Странно все-таки, что Гнездо так взбудоражило от слова «шип». Оно имело особое значение только для нас с Дэвидом. Означает ли это, что девчонка могла знать Монстрика? Настолько хорошо, что они говорили обо мне или о его сказке? Может, девица выглядит намного моложе своего возраста и на самом деле ей двадцать или около того? Тогда они с Дэвидом вполне могли встретиться здесь. Встретиться и…
Я быстренько затолкала на дно сознания красочные картинки романа Монстрика с психичкой-рецидивисткой, которые начала было подкидывать расшалившаяся фантазия. Если бы Гнездо хотела отомстить мне из ревности, она бы могла сделать это. Не шприц же с ядом она помчалась просить у Дианы.
В общем, я решила дождаться девчонку — хотя бы чтобы спросить, что говорят ей слова «принцесса Шип».
Вернулась она, к счастью, довольно быстро и одна. Приблизившись ко мне, тревожно оглянулась по сторонам и втолкнула меня обратно за шпалеры.
— Расскажи мне о нем, Шип! — потребовала она, лихорадочно блестя глазами. Грудь ее быстро опускалась и поднималась от недавнего бега, на бледных щеках проступили розоватые пятна. Волосы растрепались больше прежнего и встали вокруг головы грозовым облаком.
— Может, скажешь для начала, как тебя зовут? — осторожно предложила я.
— Сирид, — быстро выговорила девчонка, словно выплюнула. — Это не важно. Расскажи, какой он? Как он выглядит?
— Да кто, о господи? — не выдержала я. Все эти шизо-мызо начали меня уже раздражать.
— Принц День, конечно, кто же еще! — Траурные глаза блеснули почти гневно.
Пришла моя очередь разевать рот.
— А-а… откуда ты его знаешь?! — пролепетала я в ужасе от того, что мои худшие опасения, похоже, сбывались.
— Я объясню, — мрачно усмехнулась Сирид. — Но только ты первая. Расскажи мне о нем.
Я поняла, что придется пропустить следующий автобус. Ведь я сюда и приехала, чтобы узнать побольше о Дэвиде, верно? И никто не говорил, что та часть его прошлого, о которой я пока ничего не знаю, будет такой же пасторальной, как окружающий пейзаж.
— Хорошо. — Я отошла к кирпичной стене и устроилась там на пеньке, основательно вытертом задами обитателей психушки. Судя по валяющимся в траве окуркам, юные пациенты использовали укромный уголок сада как курилку. — Только я мало знаю. Мы дружили недолго и давно. Потом нам пришлось расстаться. — Я кивнула в сторону невидимого за стеной плюща больничного корпуса. — А снова услышала о Дэвиде я совсем недавно.
— Дэвид? Так его звали? — Сирид уселась прямо на траву и уставилась на меня снизу вверх; глаза ее казались огромными из-за густой подводки.
Я кивнула, старательно сдерживая улыбку. Похоже, даже в этом не слишком приятном месте у Шторма образовался фанат. А я посвящаю его, вернее ее, в культ гуру, к которому девушка, кажется, все же была не очень близка, раз не знала настоящего имени «принца».