На чердаке захухря оборудовала что-то вроде мини-кабинета: коротковорсовый ковёр, письменный стол и стул. Под самой крышей, криво прибитый к наклонной поверхности, всеми диодами мигал усилитель инфосети. Занятно. Кто ей его настроил? Всегда считал Захран самой отсталой планетой Федерации. Приятно удивил ворох пластелей со стандартными шаблонами для изучения письменности языка и термоперо. Очевидно, Леста не местная, а недавно приезжая и учит оентальский, чтобы лучше разбираться в тонкостях. Машинально переложил пластиковые листы в стопку, рассматривая, какие успехи она делает, и наткнулся на пластели с миттарскими рунами и транскрипцией таноржского диалекта. Ого, она действительно молодец! Неужели лелеет мечту облететь все Миры Федерации?
Настроение тут же скатилось ниже кратера. Перед мысленным взором всплыло очередное болезненное воспоминание.
Меня выбросило в реальность так же резко, как и затянуло в прошлое. Я старательно мотнул головой, приходя в себя. Аккуратно сложил пластели и тихо вернулся на первый этаж. Подумал ещё немного, посмотрел на часы и решил спуститься в подвал. Я думал, что меня уже ничем не удивить, но всё же, настроив диодную подсветку периметра помещения, я обнаружил высокие стеллажи с самыми что ни на есть «мужскими» вещами: универсальный набор инструментов, двусторонний скотч, переносная дрель, клей-гвозди, шпатель, три рулона мембранного материала, замазка, пара вёдер, лопата… Да уж, определённо, Леста полна сюрпризов. Зачем ей это всё? Или это для контрактников?
Так и не определившись, как отношусь к тому, что обнаружил в подвале, я вернулся в гостиную и прилёг на диван. Ощущать себя слабым было мерзко, но как бы ни хотелось сделать вид, что месяцев рабства и экспериментов у Аюра не было, ресурсы организма не безграничны. От рогов шла уже привычная боль, растекаясь во рту лёгкой горечью, лёгкие всё ещё жгло при глубоких и резких вдохах и выдохах. Тело потратило колоссальные силы, чтобы зарастить внешние раны. Я прикрыл глаза, дав себе установку обязательно проснуться, когда вернётся Леста, чтобы задать ей все интересующие меня вопросы, и позорно провалился в глубокий сон.
Селеста Гю-Эль
Впопыхах и дикой спешке я накидывала в тачку на воздушной подушке мужские брюки, клетчатые свободные рубашки, однотонные тянущиеся футболки. Всё, что теперь могло пригодиться Льерту, а также дезодорант, пену для бритья, зубную щётку (о саморассасывающихся одноразовых каппах на Оентале, к сожалению, никто не слышал), шлёпки, кроссовки… Размеры брала на глаз, надеясь, что хотя бы часть одежды подойдёт. Когда не знала, какой размер выбрать, то просто брала то, что выглядело больше. Пускай мешковато, но всё же будет на нём сидеть. Потратила почти все до единого секкеры, но в целом ничуточки не жалела. Заработать местную валюту на бытовые траты несложно, а на что-то громоздкое — всё равно надо думать, как слетать в Федерацию и снять имеющееся со счетов.
Домой спешила так, что почти бежала. Выставила на аэротачке максимальную скорость в восемь километров в час. У злосчастной калитки на участок вновь сообразила, что аккумулятор для замка так и не купила, и принялась рыскать по карманам в поисках металлического ключа… А пока его искала, вновь услышала звучный голос Гутрун, вот только, на мою беду, любопытная соседка как раз собиралась прогуляться на вечер глядя, да ещё и не одна, а в компании всех своих трёх сыновей.
— Хей, Леста! Как дела? Опять домой прибежала с первыми сумерками? А мы в «Гаванну» идём, не хочешь с нами?
