Лицо Фьённы всегда походило на красивую, но застывшую маску, а Селеста громко и завораживающе хохотала над моими шутками. Эмоции Фьённы были мягкими и в меру приятными, как спокойное Ясное море на Цварге, а у захухри — яркими, амплитудными, но отрезвляюще свежими, как порывистый фён[1] с муассанитовых гор. Бывшая невеста интриговала, чтобы добиться того, чего хотела, — сейчас я понимал это абсолютно чётко, — а девушка, выкупившая меня из рабства, — искренна до морщинок вокруг глаз и на лбу. И при всём при этом Селеста вела себя настолько деликатно и ненавязчиво, что, если бы не её внешность, я мог бы заподозрить в ней чистокровную цваргиню какой-нибудь древней аристократичной ветви. Девушка-солнце. Девушка-ангел. Девушка-ветер.
— Льерт, ты омлет будешь?
Я оторвал взгляд от стены, которую созерцал последние десять минут, потому что просто не мог спокойно смотреть на Селесту в коротких шортах и при этом не выдать своего состояния, и заглянул чётко в карие глаза.
— Омлет будешь? Я на днях ходила к газированному источнику и на этой воде рискнула приготовить нам завтрак. Не представляю, вкусно или нет, но у меня впервые он поднялся так высоко… И я не солила…
Ангел с золотыми волосами открыла ящик со столовыми приборами, нагнулась и загромыхала, что-то там выискивая. Длинная чёлка в этом положении ей явно мешала, она несколько раз попыталась её сдунуть, а затем всё же сердито убрала пальцами правой руки вбок, опершись левой на столешницу. И вроде бы все движения приличные, но для бывшего военного… проведшего шестьдесят три года в тюрьме, а потом еще несколько у пиратов…
Не смотреть на длинные ноги Селесты не получалось. Совсем. Никак. Даже моргнуть было физически сложно.
— Да где же хоть одна?! Шварх, надо было вначале помыть старые…
Явно не осознавая того, как это выглядит со стороны, Селеста прогнула поясницу и наклонилась ещё ниже, заглядывая в чёртов ящик. Джинсовая ткань её шорт натянулась… Моих брюк, в общем-то, тоже. Шварх-шварх-шварх!
— Да вот же она!
Радостный вскрик Селесты заставил отвлечься от неприятных раздумий. Я молча перевёл взгляд на искрящиеся кофейные глаза девушки, опасаясь, что даже голос может сейчас выдать меня с потрохами.
— Льерт, ты чего молчал-то? Вот же у тебя вилка в руке! Ещё две в грязном, а четвёртую я выкинула после того, как она погнулась…
На Селесте был надет фартук, и поэтому спереди ноги оказались целомудренно закрыты почти до колен.
— Ну, чего ждёшь-то, попробуешь?
Я кивнул, медленно и аккуратно поднялся со стула, мысленно морщась от тугой ткани штанов, и подошёл ближе со всё так же зажатой в руке вилкой.
— У тебя такое выражение лица, как будто ты убить кого-то этой вилкой хочешь, — пошутила Селеста, протягивая сковородку.
Проклятые астероиды! Она даже не представляла, как была права. Отмутузить самодельную грушу в подвале, представляя собственную морду, я бы точно не отказался. Я растянул губы в улыбке и ткнул вилкой в рыжевато-розовое содержимое посуды, даже не задумываясь, почему такое классическое блюдо, как омлет, имеет настолько странную колористику. Просто сковырнул кусочек и отнёс в рот.
— М-м-м-м… вкусно, — прохрипел под внимательно-изучающим взглядом девушки.
— Правда?
Я невольно улыбнулся искреннему удивлению и тут же озадачился, поймав хмурый взгляд.
— Мне же тоже любопытно, что получилось! Льерт, дай попробовать!
Видимо, мои мозги в эту секунду оказались совсем не в том месте, где требовалось. Или же они просто оплавились от нескольких недель невыносимой жары на Оентале… Не знаю, но никак иначе объяснить то, что случилось дальше, не могу.
