— Тебе не надо беспокоиться, — продолжил мужчина. — Конечно же, я съеду, если у тебя с ним всё серьёзно. Я просто не ожидал, что ты так быстро найдёшь себе защитника. Сегодня же соберу все вещи и поищу аренду комнаты. На крайний случай, наймусь в ночную смену в ангарах, там есть надувные матрасы у ребят. Переночую на Глиняном рынке, не волнуйся.
— Я… э-э-м-м… нет. — Собственный голос подвёл и прозвучал простуженно хрипло. При мысли, что Льерт будет спать где-то на вонючем полу в ангаре, меня аж всю перекосило. Я кашлянула, прочищая горло. — Нет! Ты не так понял. Ты можешь оставаться у меня столько, сколько хочешь, пока будешь искать подходящее жильё…
Льерт нахмурился.
— Селеста, это неправильно. Если у тебя за эти три недели появился постоянный мужчина, то я явно тут лишний. Он может всё не так понять.
Захотелось расхохотаться, горько расплакаться и взвыть одновременно. Да нет у меня никого и не будет! Просто хотелось дать одному упрямцу, что настойчиво меня избегает, свободу, вот и всё… Что я, изверг, что ли, какой? Во всей Федерации нет рабства и так называемых полуконтрактников! Конечно, я понимаю, что Льерту может быть неприятно меня видеть…
— Я могу узнать, кто он по расе, и познакомиться? — тем временем продолжал Льерт как ни в чём не бывало. — Не пойми неправильно, ты одинокая и красивая девушка, и мне хотелось бы удостовериться, что у него чистые намерения в отношении тебя.
Льерт рассуждал так серьёзно относительно моего гипотетического будущего жениха и хмурил пепельные брови, что я наконец очнулась:
— Да нет у меня никого! Просто ты пропадаешь целыми днями! Я подумала… если контракт будет у тебя… как-то лучше… вообще… я тебе надоела, наверное…
В голове всё перепуталось, наступил острый приступ косноязычия, слова запутались, зацепились друг за друга, как неправильно собранные шестерёнки в механизме, и не было никаких сил выразить мысль правильно.
— То есть ты просто переживаешь из-за контракта и никуда меня не выгоняешь? — В глазах соседа мелькнуло изумление.
Я осторожно кивнула.
Льерт недоверчиво, слово я в любую секунду могла передумать, отпустил моё запястье, взял пластиково-силиконовые листы контракта, свернутые в рулон, и, не смотря, затолкал в задний карман штанов.
— А подписать? — спросила растерянно. Как-то в моих глазах это всё должно было быть по-другому. Я думала ещё и предложить отпраздновать… — Термоперо… вон там, на комоде…
— Да плевать, — фыркнул он, чему-то широко улыбаясь.
Внезапно поймала себя на том, что уже несколько секунд молча стою и смотрю на Льерта, захваченная в плен серых омутов. Наверное, надо что-то сказать…
— А ты? — пробормотала смущённо, прерывая зрительную связь. Отошла на несколько шагов, села на диван, принялась поправлять подушки. — Ты ведь тоже что-то хотел?
Льерт удивлённо-вопросительно приподнял брови.
— Ты что-то хотел предложить, я точно помню.
— Ах, это… — Мужчина почесал затылок и так долго ничего не говорил, что у меня закралось подозрение, что он забыл, о чём хотел со мной поговорить. — Я думал предложить посмотреть на звёздное небо. Оно очень красивое в этом секторе космоса. Вот-вот начнётся сезон ветров, воздушные массы принесут за собой плотные облака, и будет уже ничего не увидеть. Как ты смотришь на то, чтобы прямо сегодня собраться на ночную прогулку?
[1] Муассанит — драгоценный камень, который обладает практически той же твердостью, что и алмаз, по шкале Мооса, но более высоким показателем преломления света и дисперсией, из-за чего на свету он демонстрирует больше цветных радужных вспышек. Первый натуральный муассанит обнаружил французский исследователь Анри Муассан в 20-м веке, когда изучал осколки метеорита в пустыне. В наше время муассанит создают синтетически, так как на Земле и даже на нашем светиле условия недостаточны, чтобы кристалл мог появиться естественным путем. Такая порода формируется рядом с гигантскими звездами и при взрыве сверхновых.
Селеста Гю-Эль
— А вот это созвездие Саламандры. Его самая яркая точка на хвосте — на самом деле тройная звёздная система, но две из трёх звёзд настолько тусклые, что мы не можем разглядеть их без телескопа.
— Ого! Это вон та? — Я вытянула вверх руку и ткнула пальцем в белую точку на чернильно-кобальтовом небе.
