На протяжении двухсот лиг за владениями мухи цеце присутствия человека не наблюдалось. Затем египтяне наткнулись на деревушку кочевых рыболовов. Обитатели ее разбежались, едва заметив колонну всадников. Потрясение при виде этих бледнокожих людей со странным бронзовым оружием, едущих на столь же странных безрогих животных, оказалось слишком сильным для туземцев. Таита обследовал решетки для копчения рыбы и обнаружил, что они почти пусты. Нил больше не обеспечивал деревню уловом. Рыболовы явно страдали от голода.
На заливных лугах вдоль речных берегов паслись стада крупных, мощных антилоп с изогнутыми рогами и белыми пятнами вокруг глаз. Самцы щеголяли в черных шкурах, а самки – в бурых. Мерен выслал на охоту пятерых конных лучников. Антилопы заинтересовались лошадьми и направились им навстречу. Первый залп свалил четырех животных, второй – еще столько же.
Туши добытой дичи египтяне оставили на окраине деревни как дар в знак своих мирных намерений и стали ждать.
Оголодавшие туземцы не смогли долго сопротивляться соблазну и стали осторожно подкрадываться к угощению, готовые броситься наутек при первом же проявлении враждебности со стороны чужеземцев. Разделав туши, они стали жарить мясо на дюжине дымных костров. И тогда Наконто вышел и окликнул их. Представителем дикарей выступил седобородый старик, говоривший визгливым дискантом.
Наконто вернулся к Таите с докладом.
– Это племя родственно утаса, – сообщил он. – Языки у них очень похожи, поэтому мы хорошо друг друга поняли.
К тому времени туземцы так осмелели, что потянулись обратно в деревню и стали с любопытством рассматривать гостей, их оружие и коней.
Незамужние девушки из одежды носили только нитку бус вокруг пояса и почти сразу установили приятельские отношения с воинами, которые не имели походных жен из племени шиллуков.
Замужние женщины поднесли Таите и офицерам калебасы с кислым пивом, а старейшина, которого звали Пото, важно уселся рядом с магом и охотно отвечал на вопросы, которые переводил Наконто.
– Южные земли я знаю хорошо, – хвастал он. – Мой отец, а прежде его отец жили на великих озерах, полных рыбы, и попадались такие огромные, что поднять их могли только вчетвером. В обхвате они были вот такие… – старик описал круг тощими дряхлыми руками, – а в длину вот такие… – он подскочил, прочертил в пыли линию большим пальцем ноги, потом отошел на четыре широких шага и прочертил вторую линию, – от сих до сих!
– Рыбаки везде одинаковы, – заметил Таита, но издал подходящий случаю возглас удивления.
Среди своих Пото, похоже, всем уже надоел, а тут у него вдруг нашлись слушатели. Ему очень понравилось общество новых друзей.
– Почему же твое племя покинуло такие обильные рыбой места? – спросил Таита.
– С востока пришел более сильный и многочисленный народ, и мы не смогли дать отпор. Они гнали нас вдоль реки до этого самого места. – На минуту старик опечалился, потом снова просиял. – Когда надо мной были совершены обряды инициации и обрезания, отец отвел меня к большому водопаду, из которого рождается наша река. – Он указал на Нил, на берегу которого они сидели. – Водопад называется Тунгула-Мадзи, Гремящая Вода.
– Откуда такое необычное название?
– Рев воды и больших камней, низвергающихся с высоты, слышен за два дня пути. Облако брызг поднимается над водопадом, подобно серебряному облаку.
– Ты сам это видел? – спросил Таита, направляя на старейшину внутреннее око.
– Своими собственными глазами! – вскричал Пото. Аура его вспыхнула, как пламя масляной лампы, перед тем как погаснуть. Он говорил правду.
– Ты веришь, что в том месте рождается река? – Сердце Таиты лихорадочно забилось.
– Клянусь тенью моего отца, река берет начало от водопада!
– А что лежит над водопадом и за ним?
– Вода, – уверенно ответил Пото. – Ничего, кроме воды. Одна вода до самого края света.
– Так ты не видел земли за водопадом?
– Ничего, кроме воды.
– Не видел горящей горы, из которой дым столбом поднимается в небо?
– Ничего, – повторил Пото. – Ничего, кроме воды.
– Ты проводишь нас к этому водопаду? – спросил Таита.
Когда Наконто перевел вопрос, Пото перепугался.
– Я туда не вернусь. Там живут мои враги, они убьют и съедят меня. Я не пойду вдоль этой реки, потому что, как ты сам видишь, она проклята и погибает.
– Если пойдешь с нами, я подарю тебе полный мешок стеклянных бус, – пообещал маг. – Ты станешь богатейшим человеком в своем племени.
Пото не поддался.
– Нет, никогда! – вскричал он, дрожа от страха; его кожа приобрела пепельный оттенок. – Я не соглашусь даже за сто мешков. Если меня сожрут, моя душа никогда не пройдет через пламя. Я стану гиеной, буду рыскать по ночам и пожирать падаль и отходы.
Старик вскочил, собираясь бежать, но Таита остановил его мягким прикосновением руки, после чего использовал все свое влияние, чтобы успокоить и ободрить туземца. Прежде чем продолжить разговор, маг дал ему отхлебнуть два больших глотка пива.
– Может, кто-нибудь еще проводит нас?
Пото энергично замотал головой:
– Они все боятся, еще сильнее, чем я.
