На запад озеро уходило так далеко, что противоположного берега не было видно, и только несколько маленьких островков плыли среди поднимаемой ветром ряби, как лодки-дау. В южной стороне с трудом удавалось разглядеть очертания береговой линии. Там не было горных пиков или вулканов, только гряда невысоких синих холмов.
Пото предупреждал о свирепости местных племен, поэтому египтяне обнесли лагерь изгородью из ветвей колючей акации, в изобилии произраставшей на берегах озера. В течение дня лошади и мулы щипали сочную травку на лугу или бродили на отмелях, лакомясь лилиями и другими водяными растениями.
– Когда мы будем искать шамана Калулу? – спросила Фенн.
– Этим самым вечером, после ужина.
Как и обещал, Таита отвел девочку к пляжу, где они собрали плавник и развели небольшой костер. Усевшись на корточки, маг взял Фенн за руки, образовав защитный круг.
– Если Калулу – адепт, как считает Пото, то мы можем обратиться к нему через эфир, – сказал Таита.
– Ты умеешь так делать? – благоговейно спросила Фенн.
– Если верить Пото, шаман живет в болотах где-то совсем недалеко отсюда – возможно, всего в паре лиг от места, где мы сейчас сидим. Позвать его не составит труда.
– А расстояние имеет значение? – поинтересовалась девочка.
Таита кивнул:
– Нам известно его имя. А также особенность его наружного облика – отнятые ноги. Разумеется, дело обстояло бы проще, знай мы его духовное имя или обладай какими-то связанными непосредственно с ним вещами: волосом, обрезками ногтей, каплями пота, мочи или кала. Тем не менее я научу тебя, как воззвать к нему с тем, что у нас есть.
Достав из мешочка щепотку трав, Таита бросил ее в огонь. Травы сгорели в облачке резко пахнущего дыма.
– Это отгонит злое присутствие, если оно где-то неподалеку, – пояснил маг. – Следи за пламенем. Если Калулу придет, ты увидишь его там.
Продолжая держаться за руки, они стали раскачиваться в такт гудению, исходящему из глубины груди Таиты. Когда Фенн очистила разум, как он ее научил, они произнесли три символа силы и молча соединили их.
–
–
–
Эфир вокруг них звенел. Таита воззвал через него:
– Калулу, внемли! О безногий, открой уши свои!
Он раз за разом повторял свое обращение до тех пор, пока луна не проделала половины пути к зениту.
Внезапно они ощутили удар. Фенн охнула, когда по кончикам ее пальцев пробежала дрожь, как от разряда статического электричества. Она воззрилась в огонь и увидела очертания лица. Оно приводило на ум сравнение со старой, но бесконечно мудрой обезьяной.
– Кто зовет? – произнесли огненные губы вопрос на языке тенмасс. – Кто зовет Калулу?
– Я, Таита из Галлалы.
– Если ты поборник правды, открой мне свое духовное имя.
Таита материализовал над головой символ – изображение сокола с перебитым крылом. Для него смертельно опасно было раскрывать этот образ в эфире, где его могли ухватить злобные сущности.
– Я признаю тебя, брат по правде, – сказал Калулу.
– Открой свое духовное имя, – потребовал Таита.
Постепенно над головой в пламени начала вырисовываться картинка припавшего к земле африканского зайца. Это было мифологическое воплощение мудрости, Калулу Заяц, голова и длинные уши которого изображались на фоне диска полной луны.
– Я признаю тебя, брат правой руки. И взываю к твоей помощи, – сказал Таита.
– Я знаю, где ты, и сам нахожусь поблизости. Я прибуду к тебе в течение трех дней, – ответил Калулу.
Фенн заворожило искусство общаться с другим человеком через эфир.
– Ах, Таита, я и не представляла, что такое возможно. Пожалуйста, обучи меня этому!
– Сначала ты должна познать свое собственное духовное имя.
– Сдается мне, я его знаю, – ответила девочка. – Ты однажды назвал меня им, не так ли? Или это мне приснилось?
– Сны и реальность часто переплетаются и становятся единым целым, Фенн. Так какое имя ты помнишь?
– Дитя Воды, – сказала она робко. – Лостра.
Таита в изумлении воззрился на нее. Действуя бессознательно, его воспитанница как никогда явно продемонстрировала свои магические способности – ей удалось вернуться назад, проникнуть в прошлую жизнь. От волнения и радости у него перехватило дыхание.
– Тебе известен символ твоего духовного имени?
– Нет, я никогда не видела его, – прошептала Фенн. – Или видела?
– Думай о нем, – приказал маг. – Помести его на переднем плане твоего сознания.
Девочка закрыла глаза и инстинктивно потянулась к висящему на шее талисману.
– Видишь ли ты его своим умственным взором? – мягко спросил он.
– Вижу, – прошептала она.
Таита открыл внутреннее око. Ее аура головокружительно сияла, окутывая девочку с головы до пят, а символ ее духовного имени висел у нее над головой, залитый тем же небесным светом. Он имел форму цветка лотоса, водяной лилии, и представлял собой истинное совершенство. Она вступила в пору полного расцвета, как и ее символ, подумалось ему. Еще ребенком эта девочка стала адептом первого разряда.
– Фенн, твой ум и дух полностью созрели, – сказал он ей. – Ты готова научиться всему, что я тебе преподам, а быть может, и большему.
