Уже с раннего утра замок был наводнен приехавшими по срочному вызову дворянами, владельцами земель и просто знатными эльфами. Киано так мечтал отоспаться после ночной охоты, где они вдвоем с Хагни загнали оленя, щедро поделились добычей с серыми братьями и только под утро, сытые и довольные вернулись в замок. Но дела требовали своего, и кто знает, сколько ему осталось еще таких вот охот.
На больших советах Киано обычно появлялся при полном княжеском облачении, но теперь еще на его поясе висел Меч Запада. И единственным непривычным штрихом в его облике было отсутствие кос, теперь отросшие до плеч волосы свободно спадали крупными волнами, чуть скованные парадным венцом.
Зал тихонько гудел, пересказывая последние новости и сплетни, но как только в зал вошел государь со свитой, все стихло. Присутствующие встали и поклонились, приветствуя князя. Киано поклонился в ответ своему народу. Он прошел к своему трону, но не сел, а лишь бросил плащ на резное сиденье. Волновался он ужасно: дело было нелегким, и не каждый день приходится объявлять о войне.
- Добрый день! Я собрал вас всех, чтобы сообщить важное известие. Но пока я немного погожу с ним и начну издалека. Прошу меня послушать. Все вы знаете, что как только я взошел на трон, я начал реформы и насколько бы мне ни хотелось себя похвалить, но я не могу не отметить того, что они дали свои результаты. Вы знаете о том, что доходы наши увеличились, а земли расширились. Они расширились за счет Юга и Запада, но наши исконные земли, которые мы заняли со времен прихода из Благословенной земли, утеряны. Мало того, что утеряны сами земли, убиты и наши сородичи.
- Издалека начал, ничего не скажешь! – шепнул Фиорин Нарнилу.
- Тихо ты, дай послушать, соизволят ли лентяи поднять свою задницу. Если он не убедит, я тогда бунт устрою!
На них зашикали.
- Позвольте вам зачитать последнее письмо с Яблоневой горы, которое пришло вчера. Многим из вас знакомо это место, я водил вас туда в свой первый поход. Теперь этого места нет, оно сожжено врагом, а тех, кто выжил, можно сосчитать по пальцам левой руки, и зря говорят, что эльфы не седеют. Читаю.
«Сообщаю, что крепости больше нет. Мы не ждали этого нападения и не готовились к нему, разведчики не сообщали тревожных вестей. И даже то, что мы всегда наготове, на этот раз не спасло. Мы не дождались вашей помощи и не устояли. Прости государь, но этот рубеж мы не сохранили.
Они напали вечером, возникли как из-под земли, и даже наши маги не учуяли этих тварей. Да и поздно было. Если бы это были просто орки… но Инъямин в своих подземельях вывел новых светопротивных тварей. Они похожи на ублюдков от ящерицы и смертного: жуткая морда, мощные лапы и две ноги, отвратительный хвост. Они сильны, но уязвимы под мечами. Мы бы справились, но тварей было больше. И Инъямин не вложил им сердца, ибо и сам не обладает им. Они убивали всех, а от смертных унаследовали страсть к насилию, и мы не смогли спасти наших жен и детей. Смерть их была страшной. Погибли и почти все воины, а те, кто выжил, ранены. Сейчас я диктую это письмо в трактире, заезжему эльфу, ибо сам потерял правую руку и не в силах писать. Я буду ждать от вас распоряжений, охраняя последний клочок нашей земли на потерянном рубеже».
- Вот такое письмо пришло мне вчерашним утром, как только я приехал сюда. И это не первое письмо с подобным содержанием. Вам не надоело, я спрашиваю? Вас устраивает подобное положение? Кто-то удобно устроился в середине страны и забыл, зачем предки пришли в эту землю! Кто-то попустительствует шпионам, а кто-то не щадит себя на границах. Мы проделали огромную работу по созданию союза, вы все знаете, сколько заплачено гномам за их оружие, сколько - северянам за их жизни и мечи, сколько потрачено на укрепление границ. Я не скрываю от вас ни медной монеты. Любой может прийти в хранилище и посмотреть отчеты. Я не жалел денег на магические лаборатории, и эти посевы принесли плоды. Сейчас мы сильны, у нас есть армия, есть маги и могучие союзники. Лично у меня и моих соратников нет уже сил терпеть беспредел Инъямина и черного князя. И вот самое главное: этой весной состоится великий поход на черные земли, где нас либо смешают с пеплом, либо споют о нас песни. Я не вижу другого выбора. Я не могу сидеть и ждать, пока враг подойдет к Столице. Я поведу сам войско и возглавлю его, и если я не укушу черную гадину, то я сниму с себя корону!
Зал зашумел. Таких речей в Песочном зале не вели давно, уже почти тысячу лет, и не все ожидали их услышать. И в одобрительных выкриках слышались недовольные голоса. Вот поднялся приморский эльф, и Киано узнал в нем отца юного Каэля:
- Государь! Ты верно говоришь, твои речи горды и подобают князю. И что самое верное, они подкреплены ратными делами. Но государь, ты молод, а молодые мужчины рвутся сложить свои головы в лихом бою и обагрить горячей кровью поля. Я отдал тебе своего сына, и ты поведешь его на битву. Но ответь, государь – сколько у нас шансов победить?
