Третий день на исходе — солнце почти касалось верхушек деревьев. Аллайский капитан собрал своих людей — утро принесет кровь и смерть… Много смерти, Глохумм напьется досыта. Поселок бурлил — даже сюда долетали отзвуки перемешанных чувств.
— Перекрывайте тропу, — кивнула на просеку Ибесида. — Еще раз. Орлица…
Договорить не успела — над деревьями снова пронесся дикий болезненный рев, поднимая в небо беспокойное воронье… Кроны зашелестели, замелькали хвосты юрких вездесущих белок, в густой траве пятнышком сверкнула спина испуганного оленя. В поселке поднялся шум…
— Ему больно, — вздохнула Атра, тревожно оглядывая деревья.
Шум не утихал. В поселке что-то происходило, поднялась какая-то суета… А потом дробью отозвался перестук быстро приближающихся копыт.
— Чтоб вас… — вполголоса выругалась старшая.
Час от часу не легче. Три ведьмы замерли поперек дороги, как три неподвижных черных изваяния. Хочешь пройти? Вперед.
В косых тенях заходящего солнца показались всадники — раз, два, три… Около дюжины осадили лошадей, бряцая латами и сбруей, короткая пауза — опущенные забрала и три неподвижных фигуры будто изучали друг друга…
Они пугали. Ведьмы ощущали чувства, и эти внушали страх… Ставшее привычным равнодушие к крови. Спокойствие убийц. Каждый из них видел немало драк… и убивал. Не раз.
— Где он? — неожиданный женский голос удивил. Всхраинула лошадь, вперед выехала девушка, в платье и алой накидке на плечах.
Молода, красива, герб на плаще… Княжна Аллая? Лично? Снова?
Да что вы творите, боги.
Царям не понять. Цари властвуют над людьми, повелевают судьбами и городами. Но также бессильны перед морами, грозами или ураганами. Также смертны, и как бы ни превозносились властью… их также забирают болезни, или топят шторма в море.
— Нельзя убить душу, не предав того, кто ее создал! — решилась на отчаянную попытку старшая из ведьм. Все-таки об аллайской повелительнице рассказывали всякое. — Пожалуйста, не делайте этого…
— А что делать? — устало спросила девчонка.
— Мы уведем, — уверенно пообещала в ответ. Хотела бы сама быть столь же уверенной.
— Ворх будет возвращаться туда, где ненависть и помыслы, — вмешалась другая, в надвинутом капюшоне. — Ворх не покинет смрад, пока есть силы…
— Ты еще кто? — поморщилась вештица, недовольно окинув фигуру. И тогда ее проняло до пяток — ведьма!! И еще одна! Cестры. Из-за гор…
В груди начало подниматься волнение…
— Назад, — оглянулась хозяйка к воинам. — Дальше без вас.
Бойцы напряглись, окатив волной нешуточной тревоги:
— Госпожа…
— Эйд, если ты заставишь меня повторить еще раз… — начала раздражаться молодая правительница.
Страх солдат почти ощутимо дрожал в воздухе, но все-таки развернули лошадей и потрусили по дороге, бряцая железом и постоянно оглядываясь. Любят, бесовы дети.
Ибесида уже откровенно волновалась. Коль уж развязался мешок неожиданностей…
— Он не уйдет, — вернула к теме ведунья из-за гор. — Защитника успокоит только…
— Танец? — криво усмехнулась Ибесида. — Думаешь, я не знаю? Как и то, что для этого нужна, — посмотрела вверх, — полная луна? И ковен, не менее, чем из семи сестер?
Все задрали головы на бледный овал. Солнце еще не спряталось, но ночная монета уже висела в небе. Набирала силу, но до полнолуния еще пара дней…
— Однажды я видела, как в ельских лесах творили танец, когда мать еще не была в силе, — не согласилась загорная колдунья.
— Тяжело, — скептически сжала губы старшая. — Даже для ковена. А нас пять! Сестер собирать слишком долго.
— Вообще-то, шесть, — впервые подала голос вторая ворожея.
Старшая не поняла. Удивленно оглянулась на княгиню… Потом еще раз, сощурившись со вниманием… И тогда ее ударило. По-настоящему. Точно по затылку.
У великой… яркий переливающийся лепесток черного Ааля в ауре, с синим отливом «голоса»…
Енька устал. Даже пошатывало. Мелисса с Лаяной не лучше. Долгая скачка вымотала, потому соображал с заметной задержкой.
Местные уставились, будто на его затылке проявились высокие развесистые рога.
— Издеваетесь? — даже отшатнулся. — Я не ведьма! Какие танцы?
— Не бойтесь, высокая госпожа, — вдруг очень мягко сказала старшая и взяла под руку. — У вас получится. Просто очистите голову и отдайтесь ритму…
Знакомо. Где-то уже слышал такое.
— Впятером не справимся, — добавила Мелисса. — Можно и не начинать.
Нет, ну почему так всегда, а?
Вот оно твое детство, Енька. Перед глазами. Помнишь, как лежал на крыше в Андоре, глядя в звездное небо? Мечтал о ворхах, ведьмах, Рашире…
Свалюсь и сдохну — будете отвечать. И не перед даэром или ковеном… Перед Аюлой.
Просторная полянка, сестры разбежались за деревья собирать валежник. Снова крик над лесом — снова вздрагивают кроны, и в небе надрываются перепуганные вороны…
— Потерпи, родимый, — вздыхает Ибесида, старшая из ведьм. — Мы постараемся…
Сумерки, солнце почти опустилось за горизонт, деревья напоминают расплывчатые пятна. Самая молодая, кажется, Орлица, что-то шепчет — три костра полыхнули жаром одновременно — Енька от неожиданности отшатнулся… Тьфу, черт… Ну, ведьмы.
