Она же и оповещала о всех слухах — указах государя-императора, или новом походе жарромской центурии. Енька хмурился, ощущая непонятное беспокойство — как он там? Живой? Не ранен? Страшно злясь на себя — жена, тать твою. Тебе разница? Наоборот, должен надеяться — груз долой — вдова, никаких проблем. Пару лет точно никто не станет трогать, будешь спокойно дышать. Но сердце почему-то не соглашалось, тревожно реагируя на вести…
Аваатра, твоя работа?
Да ладно, Енька. Все проще. Не такая ты вобла, как пытаешься вообразить. Это нормально, когда опасаешься, что тот, кто к тебе с теплом, и по-настоящему — канет без следа. Не строй из себя циника — не в цинизме мужское естество.
На вторую неделю случайно встретил в саду Ивейлу, хотел пройти мимо, но… хорошо, что не прошел.
— Привет, Тали, — вдруг поздоровалась девушка, мельком скользнув по фигуре: — никогда бы не подумала, что ты меньше месяца, как доресса.
— Благодарю вас, — привычно присел в книксене Енька, и уже хотел сбежать… как вдруг признался: — Скучно. Очень.
— Наслаждайся, — посоветовала золовка. — Подожди, вот начнут привлекать к делам, — зловеще усмехнулась. — Будешь с тоской вспоминать свободное время.
— Не думаю, что когда-нибудь начнут, — скептично ухмыльнулся Енька. — Родословной не вышел.
— Дело не в родословной, — покачала головой Ивейла, немного подумала и вдруг поинтересовалась: — Ты читать умеешь?
Енька кивнул.
— Тогда воспользуйся библиотекой, — неожиданно посоветовала. — И время займешь, и подучишься, и занятие достойное.
— А можно?
— Почему нет?
Всю дорогу оглядывался — неплохая все-таки семья у… язык еще плохо проворачивался произносить «мужа», хотя суть не изменить словами. И брат, и сестра, и маленькое чудо-племяшка.
Жить сразу стало веселее. Библиотека оказалась богатой, здесь и труды Помпелиуса по истории Эллои, и родословные богов, и землеведение, и благородный чин, и ведическая астрономия, и устройство человека и животных… Сотни книг, глаза разбегались от кожаных корешков. Библиотека сходу превратилась в место постоянной дислокации, и дни за окном замельтешили, как хоровод. Оглянуться не успел, как канул месяц. Несколько раз заглядывала сама высокородная леди Юльана, пристально смотрела, со странной смесью подозрения и удовлетворения… И благородно удалялась, оглянувшись в дверях. Кажется, еще чуть-чуть, и… Нет, вряд ли. Никогда не смирится с простолюдинкой. К тому же, он сам не…
Что обязана уметь благородная леди? Читать, вышивать, танцевать, красиво ходить, приседать в реверансе, элегантно одеваться, знать толк в моде, читать стихи, уметь поддержать беседу…
Краснеть, вздыхать, махать веером, мило улыбаться, скромно тупить глазки, кокетничать, визжать из-за мышей и падать в обморок от пауков…
Мозг треснет. Громадный объем важных знаний, без которых человечество вымрет.
Ну не аристократка. Чуждо желание нравиться.
Дни летели за днями. Отношение де Ярдов начало потихоньку теплеть, и за ужином то Паддис, то Ивейла уже что-нибудь обязательно спрашивали, стараясь ненавязчиво вовлечь в общий разговор. Но муть почему-то не проходила. Не отступала, странной тоской сжимая сердце…
— Геральдика императорской семьи не возбудила сомнений? — как бы невзначай экзаменует сестра Добрахха, а на самом деле пытается привлечь материно внимание. — У августейшей особы орел-колдунец, а у принца Голлума — тигр?
— Линия принца ведь от королевы Абеллы, от Трассейских земель?
— Верно.
Леди Юльана покосилась. Тоже мне, нус отца Йорка. Король когда-то захватил земли, правительницу забрал в жены, а ее брат пустил трассейскую ветвь, оставив на гербе тигра.
Ивейла грустно улыбается. Никогда не видел ее смеющейся, всегда только слегка улыбающейся…
Да брось ты этого Фрайлиха к черту! Разорви помолвку, и хохочи от души!
Но муть не проходила.
Поначалу полагал, что не дает о себе забыть Аллай. Все-таки бросил, кинул, вышвырнул, забыл. Но дни летели за днями, а хмурь только росла, оседая в желудке непреходящей желчью. Как ощущение подступающей беды…
Что ты хочешь, судьба? Храм Аваатры, фигура богини в сияющем свете — какова моя доля, великая мать? Каков удел? Разве не выполнил все повеления? Не сжал суть в кулак, не склонил в покорности тело?
Что я сделал не так?!
Или моя стезя — злой рок всем, кто окажется рядом?
— Тали, не съездишь со мной в город?
Что-о? Точно к нему?
Утро, библиотека. Высокие стеллажи с книгами, запах кожи и пергамента. Солнышко отбросило от окон яркие квадраты на паркете, блестят пылинки в лучах… Только бухнул на стол толстый фолиант, о магическом противостоянии в Вайалоне. В дверях Ивейла, извинительно смотрит… Как у нее так получается? Быть изысканной, и без капли высокомерия?
— Конечно! — Енька захлопнул книгу.
Чудеса. Город! Ему что, уже разрешено показываться в местах обитания нормальных людей?
И тут накатило. Обручем сдавило, перехватило дыхание, стало не хватать воздуха…
Что-то не так.
— Обязательно сегодня? — с трудом взял себя в руки. — Может, лучше в другой раз?
— Если не хочешь, то скажи прямо, — огорчилась девушка.
— Нет-нет…
