Не ожидал от себя. Вообще. Всегда полагал, что одежда — просто необходимость. Конечно, с рождения не был лишен вкуса, но в сегодняшнем амплуа его внутреннее «я» заметно затребовало более пристального внимания — то, что отражается в зеркале, — должно отражать не ухмылки. Если баба — будь добр, сделай так, чтобы никто не подумал, что ты не баба…
Длинный каменный коридор. В конце у окошка стражник — просто, на всякий случай…
— Как она?
— По-прежнему, Ваше сиятельство, — вытянулся боец, кивнув на дверь: — Там сейчас Мелисса.
Просторная комната. Застеленная постель, большой шкаф, трюмо с дорогим зеркалом, изящный столик, бежевые портьеры. Мягкое кресло у камина. Тепло, уютно. Девушка молча сидела на постели, безучастно уставившись за окно. Вештица колдовала у столика над склянками…
— Риш… — тихо позвал Енька, усаживаясь рядом.
Никакой реакции. Все те же пустые глаза. Мелисса отрицательно покачала головой.
— Риш? — мягко погладил плечо.
Синяки побелели, шрамы почти зажили. Никто лучше ведуньи не вылечит раны. Вот только душу не вылечить…
Неделя.
— Ты ведь могла его спасти, — вдруг чуть слышно ответила девушка.
Ведьма с надеждой выпрямилась…
— Да, — горько согласился Енька. — Могла бы… если бы…
— Если бы я не полезла, — остановила подруга. — Как дура.
— Никто не знает наперед, Риш… — мягко обнял ее за плечи.
Мысль снова исчезла из глаз. Ноль. Мелисса вздохнула и вернулась к склянкам. Енька медленно вышел из комнаты, тоскливо оглянувшись в дверях…
Боль убивает изнутри. Ей бы взвыть, забиться в истерике, и потом хорошенько заплакать…
Время лечит раны?
На следующий день начал прием сквайров. Помаленьку. Чтобы не накалить Дартицу выше меры. В тронном колонном зале, при всем антураже. Негоже выказывать слишком видимое непочтение — только ропота среди аристократии еще не хватало…
Людей в замке по-прежнему немного, но хоть какой-то официоз.
«Да-да, господин… конечно, понимаю. Но, как вы слышали, в княжестве сейчас образовалось слишком много первостепенных вопросов, требующих самого непосредственного внимания. Обещаю, в ближайшее время — да-да, обязательно…»
Всегда одно и тоже. Понимающее выражение, внимательные глаза — выслушать, кивнуть. Господа старательно объясняли, указывая важные, по их мнению, детали, с удивлением поглядывая — такая молоденькая… Девчушка. А по слухам…
Большинство обращений — по посевной, проблемам высадки, хранения и доставки. Что не могло не радовать — господа беспокоились о земле. Правда, Йозз потом несколько снизил счастливую эйфорию: «Подождите, Ваше сиятельство, это первые забросы. Чтобы обратить внимание. Затем последуют прошения о снижении налога. И если одарите пониманием хоть одного… — озабоченно покачал головой, — ждите лавину от остальных».
Нет, обвал не нужен. В казне катастрофически не хватало денег. Но если не предпринять что-то прямо сейчас — во многих уездах упустят время сева.
— Собираемся в Артвут, — объявил Уаллу вечером, скрепя сердце. — Пришла пора поговорить с самой денежной гильдией…
Конечно, с гильдией купцов у Айхона давным-давно проторены прямые пути-дорожки — из года в год уезды сдают урожай и покупают товар. Но сегодняшний день требовал личных бесед.
Енька страшно не желал выказывать нос из Аллая. Еще не готов к большому миру.
Аллайская княжна обязательно привлечет внимание в столице. Не хотелось встреч с князьями, или с кем бы то ни было — не ощущал за спиной достаточно уверенности и прав.
Посему — только Уалл и пара стражников без гербов. И обычное дворянское платье.
Артвут — крупнейший из городов Айхона. Недалеко, чуть более суток, в Ельском княжестве. Военная офицерская школа, театральная школа, земельная магистратура, официальные представительства всех северных гильдий — купцов, ремесленников, оружейников, наемников, каменщиков, охотников, виноделов… Бурляще-гомонящим народом напоминал Андору, но северной столице все-таки далеко до шика и блеска метрополии. Хотя черепичные крыши, аккуратно-благородные кварталы, мощеная мостовая, дугообразные мостики и вопли зазывал вносили свою долю в колорит столицы…
У Аллая здесь была пара собственных домов — остановились в одном из них, стараясь не привлекать внимания. Правда, местный камердинер чуть не грохнулся в обморок, узрев на пороге молодую княжну с дружинниками, но в остальном все оказалось довольно статусным и комфортабельным. Отправили гонца с письмом и стали ждать…
Ответ пришел очень быстро. В виде главы гильдии, прибывшем с посыльным лично. Енька даже растерялся — уважение к титулу или что-нибудь еще? Глава денежных мешков вроде сам барон…
Очень скоро выяснилось. Купец долго щупал мех, даже нюхал…
— Не стану отрицать добросовестной выделки, но… — задумался. — Сколько, полсотни фунтов? — обеспокоенно покачал головой, — сейчас весна, не сезон…
— Разве выдрица, шамель или андрагорг зависит от сезона? — не поверил Енька.
В беседе обозначил только десятую часть — с каждым новым фунтом цена бы стремительно падала. Про розовое масло и жир не упоминал — явно не для Семимирься. И корабельный лес — у королевства не было выхода к морю…
