Очередная лавка. Ряд манекенов, с водопадами яркого шелка, бархата или батиста. Недовольно поджал губы — сам не мог понять, чего хочет. Но все эти кружева, оборочки, рюшечки… Натяни военный мундир, мать твою, и ходи как на параде! Так не устраивал же мундир — хотелось элегантности, и даже женственности, но… но… Что «но»?
— Енька?! — неожиданно тихо воскликнули за спиной.
Резко обернулся… и этим совершил непоправимо-глобальную ошибку.
Боги любят иронию? Наверное, когда-нибудь это должно было случиться…
Юсс.
Лучше бы вражий клинок.
Старый дружище Юсс.
Дыхание перехватило, внутри заколотилось, затряслось…
— Енька? — не верил глазам друг, покраснев. — Это ты? — тупо оглядел платье, осиную талию, плетеные волосы, вздутые бугры груди…
В магазине никого, только продавщица у стойки с рулонами ткани. В висках стучали кузнечные молоты — бум, бум, бум…
— Ты обознался… — хрипло выдавил, медленно пятясь к выходу. Вторая ошибка.
Вырос, возмужал, повзрослел. На голову выше, в мундире стражника, без лат…
— Енька! — друг вдруг быстро шагнул, обеими ладонями смяв выступающую грудь — полушария отозвались тупой болью — рефлекторно отбросил чужие руки и отскочил. Не взвизгнул, не возмутился, как сделала бы любая девушка… Продавщица вытаращила на парня глаза.
— Госпожа? — в дверях магазина появился дружинник, задницей ощутив что-то неладное. — Все в порядке? — пристальный взгляд недобро смерил бывшего друга и продавщицу.
— Да… — хрипло отозвался Енька и быстро скользнул к выходу, шелестя платьем. — Пойдем отсюда.
Третья ошибка.
Или десятая?
Каблуки в темпе застучали по мостовой. Юсс медленно вышел следом — Енька всю дорогу ощущал его оглушенный взгляд, пока не скрылся за углом.
Мать твою. Черт-черт-черт…
Мысли лихорадочно роились в голове — поверил?!
Конечно, не поверил — столько лет вместе, спали детьми, обнявшись, гонялись за козами, дрались с соседскими мальчишками, воровали в лесу…
Боги! И что теперь?!
Сердце выпрыгивало, внутри колотилось и тряслось…
Расскажет кому-нибудь? В желудке сжалось…
Разве тебя это волнует, Енька? Забудь уже. Стерто из памяти прошлое, будто и не было никогда…
Замок встретил неожиданностью. У ворот Йозз доложил, что его ожидает какой-то официальный господин, и закашлялся…
Из Диоры.
Енька спрыгнул с лошади, отдал конюху поводья, неторопливо обвел глазами двор, ассиметричный ансамбль пяти вздымающихся над головой башен… Всё родное, за последние пару месяцев. Народ во дворе почтительно смотрит…
— Откуда?! — наконец дошло.
Конечно, война в прошлом. Никто не запрещает творить какие-то дипломатические, или деловые миссии. Но… Только недавно дрались. А вчера серьезно думал о контрабанде.
И никогда бы не пришло в голову, чем действительно оказался вызван приезд…
— Ваше сиятельство? — гость витиевато поклонился. — Я представляю нотариально-правовую контору «Дисборг и сын», занимающуюся собственностью семей провинции Гьярд, у Виллейса…
Через пять минут все стало ясно, и заставило распахнуть рот. Аллан де Броз, рыцарь ее величества, продолжал наставлять на путь истинный из другого мира…
Невероятно. Оказывается, учитель был родом из Диоры. И, так как не оставил никаких наследников, — в Енькино распоряжение отходило поместье в провинции Гьярд, пара лесопилок, деревня и около двухсот душ честных крестьян.
— Я?! — все еще не верил Енька. — Наследница? В Диоре?
Юрист кивнул и добросовестно пояснил:
— При отсутствии других родственников и претендентов вы являетесь последней инстанцией на право владения. Конечно, имеете полное право отказаться, — поправил бумаги в толстой папке. — В таком случае наследство переходит в распоряжение муниципалитета округа.
— Да нет, — все еще находился в растерянности Енька. — Но… — мозги потихоньку прояснялись, заставляя крутиться шарики-колесики. — У имения есть долги?
— Пока нет, — обрадовался мудрому вопросу благородный дорн. — Неплохой управляющий, имеется некоторая прибыль, — быстро заглянул в папку. — Около десяти тысяч золотых бахм. Вам лучше подписать разрешение на использование средств для управления хозяйством, — тут же уточнил, — под нашим надзором. Если не планируете в ближайшем будущем посетить поместье.
— Конечно…
Енька находился в прострации, даже когда чужестранный юрист уехал. Час от часа не легче. Кем ты был, Аллан де Брозз? Как умудрилась тебя завлечь на службу королева Айхо? Заставить драться со своими в Ясиндоле?
Каждый день множит вопросы. Десять тысяч, имение, деревня. Три месяца назад это было выше уровня осознания. Сказка. Дверь в другой мир. Круг избранных. А сегодня — крохотная доля…
После отъезда гостя наконец переоделся и пообедал. Девчонки-служанки стали какие-то странные — тихие, как мышки, в глаза боятся заглянуть…
— Ау? — притянул за плечи обоих юнгфер. — Я нормальная, честно-пречестно! Не бой-баба! Не омываюсь по ночам в крови невинных девственниц!
Девчонки зарделись и смущенно заулыбались:
— Вы нами довольны, госпожа?
— Вот если бы ванную… — мечтательно закатил глаза.
Служанки радостно сорвались с места.
Снова утка на обед. Специально разводят, что ли?
