— Пять тысяч золотых, — наконец объявил цену главный купец. — За все. Простите, Ваше сиятельство, итак беру на себя груз…
— И пятьдесят тысяч кредит, — добавил Енька.
Пятьдесят тысяч — минимум, который необходим княжеству, чтобы не упустить сев. Еще вчера. В комнате повисла пауза…
— Хорошо, — вдруг не стал спорить барон. — Но если вы подпишете закладную…
— На что? — не понял Енька.
— Правда, что вы освободили Густогай? — вдруг доверительно наклонился торговец.
Вот, где собака зарыта. Енька резко выпрямился… Карты на стол.
— За Горсемский штрек мы заплатим двести тысяч, — принялся обрабатывать гость. — Плюс полное обеспечение всем нужным всего рудника. Вы могли бы уже завтра начать получать прибыль…
Заманчиво. Но только сегодня, когда Аллай остро нуждается в деньгах. Горсемский штрек — самый прибыльный.
Он думал. Взвешивал. Соображать приходилось на ходу. Даже бездомному мальчишке яснее ясного — будут лупить в эту точку, пока есть чем лупить. Здесь сегодняшняя концентрация внимания гильдии. Аллай на лопатках, у них все козыри. И они правы — ему действительно остро нужны деньги.
Правда, есть одно «но».
— Хорошо, — согласился Енька, глядя на купца. — Пятьдесят тысяч. Закладная, с условием отсрочки на три месяца. Если за это время выплатим долг — закладная аннулируется. Договорились?
Купец задумался, сощурившись. Мысли каруселью завертелись в бородатой голове… Не надо семи пядей во лбу — откуда у Дарт-холла деньги? Новые кредиты? Какой смысл?
— На другое не согласна, — добавил Енька. — Мы переживем пропуск сева. И поверьте, сами запустим шахты.
— Хорошо, — решился первый торговец. — Пятьдесят тысяч, три месяца, — протянул руку, вдруг дружелюбно улыбнувшись. — Хитрая вы княжна, Ваше сиятельство. Но тем приятней иметь дело, — взял со столика бокал. — Позволите, за знакомство с новой хозяйкой Аллая? Прекрасной, как Аваатра, и умной… — рассмеялся, — как тоже Аваатра?
Чокнулись. К комплиментам еще не привык. Расстались почти друзьями.
Народ торопится, толкается, спешит по своим делам… Чувства неопределенные. Нет эйфории победы, хоть и нашел деньги.
— Как обираешься расплатиться, за три месяца? — не выдержал Уалл на улице.
Неторопливо гуляли, по типичной местной улочке, где дома плавно переходили в друг друга, будто одно целое. Один такой, длинный дом. Еньке хотелось посмотреть город.
— Помнишь тех наемников, в придорожной таверне Берлицы? — задумчиво спросил во ответ.
— Который был на тебе сверху? — уточнил хам, широко ухмыльнувшись.
— А если я прикажу снять штаны, — задумался над интересной мыслью Енька. — И прогуляться только с тем, что болтается между ног?
— Зачем они тебе? — поспешил сменить тему ассаец.
В центре располагался большой рынок и несметное количество разнокалиберных магазинов. Енька боялся признаться самому себе, но ему жизненно необходимо в лавку модной одежды…
— Сможешь найти?
— Кажется, трактирщик их знал, — немного поразмышлял друг, потом оглянулся на спешащих по своим делам людей и понизил голос. — Думаешь про… — кивнул в сторону Идир-Яш. — Да? Но почему именно эти?
— Аккуратная работа, — резюмировал Енька. — Под самым носом у князя, никто не пискнул, тишина. Никаких стычек, никого в тех местах не убили…
Горец думал совсем недолго:
— Имперцы? — с сомнением почесал затылок.
— Помнишь наших гостей-рыцарей? — добавил еще один аргумент Енька, покосившись на прохожих. — Кое-что рассказали. Им помогли…
— Диорцы помогли рыцарям? — не поверил ассаец.
— Не всем нужна война, — вздохнул экс-мальчишка. — Многие хотят просто торговли. И потом, — усмехнулся. — Кому еще сможем сдать два десятка пудов ценного меха, не обвалив цену?
Идея не такая аховая, как кажется на первый взгляд. За горами меха отрывают с руками — в степях не водится выдрица или шамель. А Раширцы посторонних в свои леса не пускают, и торговать не любят…
— Не сейчас, — предупредил горец, сразу поняв, куда пошел уклон.
— Мне нужна твоя помощь, а не надзор, — с готовностью возразил Енька, — три месяца, помнишь? Отсчет уже пошел. И потом, — оглянулся на обоих дружинников за спиной. — Мы уже собрались домой, что может случится?
Уалл досадливо крякнул. Ненавидел, когда вот так… Но уже сообразил, что это мало походило на просьбу.
— Идите-ка сюда, орлы… — отвел обоих бойцов в сторону и принялся яростно инструктировать — стражники подтянулись и серьезно-понимающе закивали в ответ. Удивительно, но в замке почему-то признавали за ассайцем право командовать. Потому как надирался с Айщиком и Бруллисом по самые ягодицы?
Улыбнулся, злорадно наблюдая за исчезающей в конце улицы спиной. Конечно, можно и подождать день-два, какой разговор? Но тогда разве спокойно посетишь магазин модной одежды, под этими нагло-ухмыляющимися зенками?
Магазин посетил. Даже не один, все больше раздражаясь. Бойцы меланхолично тянулись следом — бабы есть бабы, что с них взять?
