Настроение поднялось. Еще бы Риша выглянула, из своего кокона…
У подруги все по-прежнему. Лежит на постели, отрешенно уставившись в потолок. По словам Йозза, с каждым днем все труднее заставить поесть.
Тихо уселся рядом и взял за руку. Осунулась, побледнела, под глазами синяки…
— Дядя Храпну отдал сельчанам луг за старой мельницей, под пашню, — поделился последними новостями. — Разрешил сухостой из леса возить. Хотел твоим новый дом справить, всем селом, но я велела пока отсоветовать…
Ноль. Никакой реакции.
— Как думаешь, Риш? Нужен твоим новый дом? — потряс за руку. — Может… — немного подумал. — Сюда? В замок? Я уже соскучилась по Юзе…
Девушка безучастно пожала плечами. Тишина. За окном ударил колокол — шесть часов. Вечер.
Тяжело вздохнул, поднялся и вышел, снова печально оглянувшись в дверях…
Разговаривать со сквайрами стало легче. На плотину и самое необходимое деньги были — лишь бы дождаться Бруллиса.
Дождался. Как всегда, неожиданно. Высокие двери приемного зала распахнулись… Княжеская дружина своеобразно понимала выражение «Попроси приехать» — изрядно потрепанный книжник проехал носом по гладкому полу несколько ярдов, затормозив только у ступенек трона…
— Благодарю вас, благородные дорны! — Енька поднялся, заканчивая аудиенцию — сквайры быстро откланялись, с испугом поглядывая на лежащего гостя.
— Ваше сиятельство! — взмолился внизу Мерим. — Чем бедный книжник мог прогневить Вашу светлость? Пожалуйста, я никогда нигде ничего…
— Тише дорогой, тише, — ласково присел на корточки рядом Бруллис и дружески похлопал по плечу, заодно выбив изрядное облачко пыли. — Зачем так громко?
Енька дождался, пока за последним дорном закроется дверь, вздохнул и укоризненно обернулся к стражнику:
— Вообще-то, лейтенант, вы только что швырнули на пол будущего управляющего Дарт-холла.
— Правда? — озадаченно почесал макушку гвардеец, затем поднял будущего начальника всего-всея, отряхнул ему брюки, одернул сюртук, скептически оглядел с головы до ног… развернул к Еньке и представил: — Его милость, госпожа! Доставлен в целости и сохранности. Без ушибов и потрясений.
Гвардию может хоть что-то смутить? Мерим бледен как смерть, вращает глазами, пытаясь осмыслить…
— Брысь, — раздраженно цыкнул Енька.
Солдаты быстрым спринтом исчезли из глаз, аккуратно прикрыв за собой дверь.
— Ваше сиятельство… — с трудом вытолкнул воздух из легких Мерим, испуганно оглядываясь…
Ничуть не изменился. Такой же. Худой, аристократичный, бородка клинышком, светящиеся умом глаза, с густой сеточкой морщинок…
Енька почему-то совсем не боялся благородного книжника.
— Дядя Мерим, — спустился по ступенькам. — Несколько лет назад одному мальчику разбили голову, вы приютили на ночь, и всю эту ночь рассказывали про Рашир, ведьм, магию… — грустно вздохнул. — Правда, что в Рашире ведьмы могут даже изменить пол?
Дорн закашлялся, будто что-то попало в горло… затем непонимающе уставился на Еньку, лицо вытянулось…
— Енька?! — мысли в голове закрутились с невероятной скоростью.
— Здравствуй, дядя Мерим, — улыбнулся Енька.
Гость захлопнул рот.
— Значит, — через пару секунд покрутил в воздухе пальцем, соображая на ходу. — Это ты был в Ясиндоле, — кивком констатировал, — взорвал пушки… — глаза засветились мыслью. — И королева наградила Аллаем, ибо только у Аллая не было наследника… вернее, наследницы — Дарт-холл наследуется по женской линии… — хлопнул по лбу, — вот где собака зарыта, — пораженно покачал головой. — Ничего себе, история…
Мерим был умнее всего королевского магистрата, вместе взятого.
— Выглядишь великолепно, — с восхищением пробежался снизу вверх по Еньке.
— Я ничего тогда не понял, у королевы, — принялся оправдываться бывший мальчишка. — И даже не представлял…
— И что? — не захотел дальше слушать старый добряк. — Жалеешь?
Енька вздохнул — трудный вопрос. Очень.
— И правильно, — немедленно поддержал. — Не надо отвечать. Ответит время.
С ним всегда было очень легко. Пара минут, и где вся неловкость?
— Это шутка, про управляющего? — напомнил про реплику, плавно переходя разговор к сути.
— Нет, — вздохнул Енька, перенастраиваясь на серьезный лад. — Тут черт голову сломит. Княжество разворовывалось, много лет. Управляющий и капитан сбежали…
— Слышал, — кивнул книжник.
Да? Уже? Вот сороки…
— Я зарекся лезть в чины, — начал старый друг. — Тем более высокие…
— Знаю, — перебил Енька. — Ради меня, дядя Мерим.
Благородный книжник задумался. Енька ждал.
— Разобраться-то разберусь, — вздохнул наконец. — Но вот рычать-командовать…
— Я дам тебе столько помощников, сколько захочешь, — усмехнулся экс-мальчишка. — И половина из них будет рычать, аки львы.
Мерим рассмеялся, с удовольствием разглядывая Еньку, и покачивая головой:
— Надо же… — но быстро взял себя в руки. — Я могу спросить, где почить, Ваше сиятельство? — смущенно пояснил: — Вымотался, с вашей охраной…
— Сначала ванная и ужин, — довольно улыбнулся Енька и кивнул на выход: — Прошу.
