Впрочем, Гимли и Леголас стояли так лишь мгновение. Затем они сами устремились навстречу покойникам, и пещеру тут же огласили их боевые возгласы, за которыми последовали хлёсткие звуки ударов и хруст ломающихся костей. Быстро разобравшись с первыми мертвецами, друзья сразу же схватились с их новой подоспевшей партией. А когда разделались и с ними, то увидели, что находятся в плотном окружении оставшихся десятков мумий, таких же подвижных и способных ориентироваться в пространстве даже с ветошью на головах. Наверное, мертвяки просто задавили бы наших бедолаг массой, кабы те не догадались взобраться на единственный целый саркофаг, стоявший точно посредине склепа. И уже оттуда они принялись отмахиваться от чрезмерно шустрых трупов.
Так продолжалось, наверное, с полчаса. Наконец, обезвредив очередную пару мертвецов, Гимли и Леголас вдруг с удивлением обнаружили, что их почему-то больше никто не атакует, а в гробнице повисла какая-то странная тишина. Недоумённо оглядевшись по сторонам, они с удовлетворением отметили лишь валяющиеся всюду переломанные кости и неподвижные обезглавленные тела. Никакой угрозы эти останки уже не представляли, поэтому приятели опустили оружие и со смешанным чувством уселись на верхнюю крышку гроба.
— Славно размялись… — молвил Леголас, с печальной иронией посмотрев на Гимли.
— Угу, всю жизнь мечтал разбирать по косточкам своих сородичей! — проворчал тот, потирая руками шею.
— Уж лучше ты их, чем они тебя! — веско заметил эльф. — Меня же сейчас больше волнует вопрос, почему они вдруг ожили?
Гимли угрюмо пожал плечами.
— Я бы тоже хотел это знать. Может, магия похитителя Аркенстона так на них повлияла?
Леголас задумчиво повёл бровями.
— Сложно сказать — всё-таки вор действовал довольно далеко отсюда. Но, с другой стороны, мы ведь не знаем всех его возможностей.
— А мы знаем все его возможности? — повернулся к другу гном. — После случившегося здесь, я начинаю склоняться к тому, обложенный вашими дозорными на поверхности Эмин Дуира, он вынужден был усилить своё тлетворное воздействие и вольно или невольно пробудил давно умерших обитателей этих гор.
— Боюсь, в таком случае он мог пробудить здесь не только гномов… — Леголас остро взглянул на Гимли.
— Значит, будем готовиться к встрече и с другой нежитью, кем бы она ни была, — сурово проговорил тот и, подхватив топор, спрыгнул в ворох костей на полу.
Сходив за светильником, оставленным у стены и чудом не затоптанным мертвецами, он затем вернулся к саркофагу.
— Ещё я хотел бы знать, кто устроил здесь весь этот разгром до нашего появления? — произнёс Гимли, высоко подняв лампу над собой и оглядывая разрушенные гранитные гробы.
— Наверняка это орки, — с уверенностью заявил Леголас. — Они некоторое время жили в этих местах.
— Тогда почему они не тронули эти доспехи? — Гимли приблизился к одному из покойников, одетому в кольчугу, и склонился над его обезглавленным телом. — Такие вещи стоят немалых денег.
Леголас пожал плечами и, тоже подойдя к мертвецу, некоторое время изучал железную рубаху. Необычайно тонкой работы, та выглядела, словно сделанная только вчера. Затем Леголас столь же внимательно осмотрел остальных одоспешенных гномов.
— Как странно, — наконец промолвил он с немалым удивлением. — Эти кольчуги очень древней работы и сделаны… эльфами.
— Эльфами?! — изумился Гимли. — С какой это ещё стати гномы в те времена стали бы облачаться в эльфийскую броню?
— Спроси, Гимли, что-нибудь полегче, я не менее твоего озадачен, — уронил Леголас и поднял с пола череп одного из гномов, с надетым на него шлемом. — Да и шлемы у них тоже эльфийские…
Гимли с изрядным скепсисом поднял другой такой же шлем и скрупулёзно его осмотрел.
— И вправду эльфийский… — пробормотал он. — Хороший мастер ваял.
— Хороший, — согласился Леголас. — А не тронули их орки потому, что на них защитные чары от тёмных созданий. Осмелюсь даже предположить, что эти вещи ковались в самом Дориате[24]…
Обескураженно покачав головой, Гимли положил шлем на пол и, подсвечивая себе фонарём, стал обходить разрушенные саркофаги. Осмотрев со всех сторон один, он затем переходил к другому — и так по кругу.
Леголас несколько минут наблюдал за ним, а потом спросил:
— Что ты ищешь?
— Надписи. Хочу знать, кто был здесь погребён.
Леголас одобрительно кивнул и тоже стал осматривать саркофаги. Но, к разочарованию друзей, никаких надписей они не обнаружили — глумясь над мёртвыми, неизвестные вандалы зачем-то сбили все эпитафии. Лишь на сломанной крышке одного каменного гроба чудом сохранились две гномьи руны, образуя окончание «ур». Возможно, это были последние буквы имени, но не факт.
Потерпев фиаско с этими могилами, два исследователя наконец обратили внимание на последний саркофаг, стоявший в центре склепа. Он единственный сохранился, так как целиком был выполнен из какого-то чёрного металла, отливавшего в свете лампы красным и зелёным цветами одновременно. Наглухо закрытый массивной крышкой, он к тому же оказался и самым большим в склепе.
