– Знаешь, у меня что-то настроение подпортилось. Думаю, выдалась неплохая возможность проучить гадкого левшу.
Винки застыл от ужаса, но воплотить свою угрозу Шнырр не успел.
Раздался звук быстрых шагов, и к ним подбежал худющий мальчишка в синих штанах на подтяжках. Винки затрясся, узнав его, – веснушчатого лопоухого мальчишку звали Длинный Финни, он был главарем «Облезлых Хрипунов» и давно точил зуб на Винки за то, что тот отказался вступать в его шайку беспризорников.
Увидев Винки на земле, он осклабился, но быстро взял себя в руки и обратился к Шнырру:
– Сэр, я вас всюду ищу. Меня послали Дылда и Пузан. Дело срочное.
Шнырр Шнорринг поправил облезлый шарф и хмыкнул.
– Ну наконец. Я уж весь извелся – все думал, когда же им понадоблюсь. Завтрак откладывается на потом. Прежде загляну на вокзал.
– Они не на вокзале, сэр. Пузан велел вам идти на Хартвью, к тумбе констебля Уилкса. Они будут вас ждать там.
– На Хартвью – так на Хартвью. Что ж, мне пора. Если хочешь, можешь проучить гадкого левшу сам, Финни.
Шнырр бросил напоследок преисполненный презрения взгляд на Винки, развернулся и пошагал прочь.
Когда он скрылся из виду, Финни с довольным видом потер руки и двинулся к Винки.
– Вот ты мне и попался, левша. Давно руки чешутся…
Винки плакал, утирая слезы кулачком. Он и не думал сопротивляться – что он сможет сделать известному драчуну Финни.
– Хнычешь, как девчонка, – задира склонился над Винки. – А может, ты и есть девчонка? Но даже если так, пощады не жди – я люблю колотить девчонок.
Он вытянул руки к Винки, намереваясь его схватить, как вдруг тот прекратил плакать, сунул руку в карман и швырнул в лицо Финни горсть золы.
Злобный мальчишка отшатнулся, закричал и принялся отчаянно тереть глаза, и Винки этого хватило, чтобы вскочить на ноги и броситься на утек.
– Гадкий левша! – кричал ему вслед Финни, пытаясь проморгаться. – Я тебя все равно поймаю!
Глаза жгло, зола попала еще и в нос, и мальчишка чихнул. Затем выругался.
Сбоку что-то скрипнуло, и Финни повернул голову на звук.
Туман в паре шагов от него чуть рассеялся, показалась черная детская коляска с четырьмя большими колесами. За ручку ее держала высокая дама в длинном смоляном платье, приталенном жакетике и перчатках. На ее голове сидела шляпка, лицо скрывала дымчатая вуаль.
– Юный джентльмен, – сказала дама, и по ее голосу Финни понял, что она довольно молода, – вы нам не поможете? Мы с малышом заблудились. Нам нужно попасть на улицу Синих Труб.
Финни подбоченился и с важным видом сказал:
– С радостью помогу, мэм. За небольшую плату.
Дама раскрыла ладонь. На черном бархате перчатки блеснула монетка.
Финни потянулся было за ней, но женщина быстро сжала кулак.
– Сперва доведите нас, юный джентльмен.
– Ладно-ладно, – буркнул Финни. – Пойдемте, мэм. Это тут, недалеко.
– Я знаю, – едва слышно произнесла, дама, и они направились к выходу из переулка.
Вскоре их поглотил туман.
***
Пирожки с рыбой так славно пахли, что Джеради, дворняга с повисшим левым ухом, очень умным выражением морды и парой колесиков на месте задних ног, не удержалась и осторожно двинулась к двум констеблям, о чем-то беседовавшим на лавочке под окном башмачной мастерской «Штиббл».
К недоброжелательным типам в синей форме приближаться было рискованно – это знали все дворняги в Саквояжне, но запах пирожка… такой чудесный… такой рыбный…
– Пошел прочь! – гаркнул толстяк, завидев пса.
– Да! – добавил здоровяк. – И покатил тоже!
Джеради понял, что даже на кусочек пирожка рассчитывать не приходится, развернулся и с грустным видом побрел-покатил в туман.
Констебли продолжали обед и прерванный разговор.
– Думаешь, он сохранит все в тайне? – спросил Бэнкс.
– Псина? Вряд ли, – ответил Хоппер и сделал укус в полпирожка.
– Что? Псина? Какие еще у нас с ней могут быть общие тайны? Я про доктора Горрина.
– А, ты о нем. Сложно сказать: с одной стороны вряд ли этого мрачного доктора хоть как-то тронули твои попытки его запугать, но с другой… Мне показалось, он не то чтобы особо хотел возиться с отчетами и бумагами.
– Вот и я надеюсь, что он не доложит старшему сержанту…
После обнаружения тела Доббса Бэнкс и Хоппер сразу же отправили коллегу в городской морг при Больнице Странных Болезней, где заведовал коронер и единственный в Тремпл-Толл аутопсист доктор Горрин.
Когда они только появились, доктор Горрин был явно не в духе, но вид кошмарных травм убитого констебля мгновенно поднял ему настроение. «Кажется, кому-то мистер Доббс не особо пришелся по вкусу – вон сколько недоеденного оставили. Думаю, он был слегка недосолен», – в своей мрачной манере пошутил доктор и взялся за дело.
Ширмы в морге не было, и Бэнкс с Хоппером старательно смотрели в стену, лишь бы не видеть, как Горрин и его автоматон-помощник сперва принялись разрезать мундир бедолаги Доббса, а после копаться и в самом Доббсе. Подыгрывающая процессу угрюмая мелодия, которая звучала из рога граммофона, не особо заглушала хлюпанье крови.
