Пододвинув стул к камину, Хоппер уселся. Джаспер подошел, протянул руки к огню, а Винки остался стоять там же, где и был: он еще не отошел от пережитого на маяке и к тому же испытывал некий трепет перед вокзальным констеблем, о котором на Чемоданной площади ходили сплетни одна хуже другой.
– Рассказывайте! – потребовал Хоппер.
– Нет, это вы рассказывайте, мистер Хоппер! – сказал Джаспер.
– Нет ты!
– Нет вы!
– Хватит! – оборвал спор Винки. – Всем понятно, что мы на одной стороне. И ищем одно и тоже.
– Вот только у меня больше сведений! Поэтому мне решать. – Констебль показал блокнот.
– Вы так уверены? – Джаспер показал свой.
– А у меня зато есть кое-какие особые материалы по делу! – Хоппер с самодовольным видом достал письмо, какие-то конверты и вроде как билет.
Но и у Джаспера был козырь.
– У нас тоже!
Мальчик продемонстрировал констеблю страничку с вычеркнутыми именами и бумажку из камина, найденные в кабинете господина Боттама. Партия была ничейной, но тут Винки решил, что пора ее заканчивать и, образно говоря, сбросил все карты на пол, перевернув стол.
Маленький работник станции кебов не выдержал и со злостью пнул мешок с часами, отчего те отдались звоном. Констебль и племянник доктора Доу недоуменно на него уставились.
– Прекратите! Просто прекратите, вы оба! Время уходит, пока вы здесь препираетесь! Мне все это надоело! Я устал и промок, как крыса, мне страшно, я должен быть на станции кебов, а не здесь! Я не хочу разгадывать тайны и ловить монстров! Но моего друга похитили и заразили – Няня сделала его одним из своих зубастых! И поэтому я в этом гадком Фли! Мы должны узнать, что нам всем известно. Пусть начнет тот, кто раньше занялся этим делом.
– Я взялся за расследование только этим утром, когда ты прибежал ко мне домой, Винки. А вы, мистер Хоппер?
– Неделю назад.
– Вы первый, мистер Хоппер, – сказал Винки. – Так мы узнаем, с чего все началось.
Хоппер почесал подбородок и, немного поразмыслив, кивнул.
– Гм. Весомо. Что ж… – Пододвинув стул еще ближе к огню, он пригладил усы: – Все началось неделю назад, когда весь состав полиции собрали в Доме-с-синей-крышей…
Хоппер рассказал о пропажах констеблей, о том, как «Д-об-ИК» превратилось в «Д-об-УК», о трех найденных коллегах. Затем, явно приумножая собственные наблюдательность и предприимчивость, рассказал о том, как они с Бэнксом вышли на Няню. Кратко описал то, что они нашли в ее квартире, и то, как затем последовали за ней. Не упустил он и того, как на них напали мальчишки и покусали Бэнкса. Ну, и о своем разговоре с Няней упомянул.
Слушая его, Джаспер лихорадочно заносил новые сведения в блокнот – их было так много, что на рисунки времени уже не оставалось. Порой он что-то уточнял, и констебль раздраженно прояснял тот или иной момент.
Наконец Хоппер добрался до того, как отправился домой и начал готовиться к своему «одиночному плаванью» (за время пребывания на берегу он нахватался морских словечек и выражений):
– …И тогда я решил отыскать Удильщика, через него раскрыть заговор и схватить Няню.
Услышав скрип половиц за дверью, констебль резко замолчал. Кто-то подошел к номеру и остановился за порогом.
– Мистер Бёрджес! – раздалось из коридора. – Я принесла ужин!
Констебль кивнул, и Винки открыл дверь.
В номер вошла девочка в очках и со здоровенным подносом в руках. Увидев Джаспера и Винки, она в изумлении застыла у порога.
– Ой, а кто вы?
Племянник доктора покраснел и спрятал лицо под мокрыми прядями.
– Меня зовут Джаспер Доу, мисс, – сказал он смущенно. – А это Винки.
С подозрением глянув на него, Хоппер кивнул на стол:
– Поставь поднос туда, Марисолт, – сказал он и, когда девочка исполнила его просьбу, спросил: – Мне не передавали никакую записку?
– Нет, мистер Бёрджес.
– Неси ее сюда сразу, как доставят. Это важно.
Девочка кивнула и, напоследок бросив быстрый взгляд на Джаспера, вышла из номера. Когда ее шаги стихли, Хоппер проворчал:
– Даже не думай, Доу. Если ты решил пригласить мисс Бджиллинг на свидание или еще что…
– Что?! Фу! – возмутился Джаспер. – Я их… ну, девчонок, вообще терпеть не могу, чтоб вы знали.
Винки между тем все эти разговоры совершенно не интересовали. Больше его заботило содержимое тарелок…
Они взялись за ужин. Рагу из кашалота было обжигающим, но именно это сейчас и требовалось. После первого же кусочка Джаспер ощутил, как по всему его телу разливается тепло. Винки, в свою очередь, набросился на ужин с таким остервенением, словно до этого никогда в жизни не ел: первое яйцо чайки он сунул в рот и вовсе со скорлупой. Чай был странным на вкус, но не хуже той сиреневой дряни, которой поил Джаспера дядюшка.
Попутно Хоппер продолжал историю. Опуская подробности, он рассказал о том, что выяснил за время своего пребывания в Блошином районе. Когда констебль описал им встречу братьев Финлоу и таинственного чужака, Джаспер едва не поперхнулся куском тушеного кашалота.
– Незнакомец говорил шмуглеру, что приведет к нему какого-то человека, которого тот должен доставить на маяк? – переспросил племянник доктора Доу.
Винки сказал с набитым ртом:
