Хоппер кивнул.
– Да, в общем, Пруддс… э-э-э… Леонард, я могу называть тебя Леонард?
– Вы можете, сэр, но меня зовут Леопольд. И вы это хорошо знаете.
– Да. Так вот, Леонард, – проигнорировал уточнение Хоппер. – Я позвал тебя, чтобы… э-э-э… гм… в общем, тебе сейчас покажется, что уши тебя обманывают, но все дело в том, что не обманывают. Я хотел попросить тебя об услуге.
– Меня? – удивился Леопольд.
– Не перебивай, когда я прошу тебя об услуге! Итак… Лиззи тебе, должно быть, говорила, что нас с ней только двое – Хопперов, то есть. В общем, нет у нее никого, кроме меня.
– Я это знаю, сэр, но все еще не понимаю…
Хоппер задвигал челюстью из стороны в сторону. Ему было невероятно трудно говорить, словно все его существо противилось этому.
– Тут кое-что происходит, Леонард. В смысле, скоро произойдет. Мне предстоит важное дело. Большой шанс, что все закончится плохо и я… гм… в общем… Если я не вернусь…
Молодой человек испуганно спросил:
– Не вернетесь?
– Лиззи добрая и доверчивая. Не позволяй никому ее обижать. Береги мою сестру, Леопольд.
– Сэр…
К воротам кладбища подъехал кэб. Открылась дверца.
Хоппер бросил напоследок угрюмый взгляд на собеседника и скрылся в салоне. Дверца закрылась. Кэб медленно покатил вдаль по Хмурой аллее.
Леопольд недоуменно глядел ему вслед. Он был настолько сбит с толку, что даже не обратил внимания на то, что констебль Хоппер впервые правильно назвал его имя.
***
Доктор Доу глядел прямо перед собой и какое-то время не моргал, отчего Хопперу, который сидел напротив, казалось, что попутчик пытается забраться к нему в голову.
Констебль пожалел, что сейчас на нем нет его любимого шлема: он искренне считал, что эта незаменимая часть униформы защищает служителей закона от различных грязных поползновений к их мыслям. Именно благодаря шлемам, думал он, никакие гипнозы и прочие подобные воздействия невозможны, чтобы сбить констебля с толку. Помнится, старый хрыч Лоусон рассказывал, что прежде шлемы укрепляли изнутри тонкими пластинками специального металла, который не пускал в головы констеблей злодея Месмериста и…
– Констебль Лоусон, – внезапно сказал доктор Доу, и Хоппер вздрогнул.
«Ну вот! – в отчаянии подумал он. – Этот тип умеет читать мысли! Так я и знал! Именно поэтому он всегда нас с Бэнксом обскакивает! Был бы на мне шлем…»
Доктор продолжил:
– Он не выдаст? Мы можем на него полагаться?
Хоппер почесал подбородок.
– Полагаться? Вряд ли. Но старина Лоусон точно будет держать язык за зубами. Он ненавидит Гоббина – видели, как он засветился, когда вы заявили, что мы собираемся?..
– Я не видел свечения, – занудно сказал доктор. – Иначе предпринял бы меры: свечение является явным симптомом одной весьма неприятной…
– Доктор! – прервал его Хоппер. – Сейчас не до того. Лоусон не выдаст – он будет ждать, чем все закончится. О нем можно не беспокоиться. Старик знает, что не стоит выкладывать козырный «якорь» на стол раньше времени.
Натаниэль Доу поморщился:
– Полагаю, речь о карточной игре.
– И я в ней хорош! – горделиво заявил констебль. – Не так давно обыграл всех в Моряцких кварталах.
Он с опаской глянул на попутчика – не прочитает ли тот его мысли? Ведь в таком случае доктор Доу узнает, что Хоппер обыгрывал в последние дни лишь одного пьяницу из прибрежной гостиницы, да и то через раз.
Но доктора, казалось, это не волновало. Он задумчиво покивал, и Хоппер в ярости сжал кулаки.
– Вы как-то уж слишком спокойны, учитывая то, что мы… гм… задумали. Нам предстоит рискованное дело. Если мы потерпим неудачу, нас или убьют, или арестуют, и я не знаю, что хуже.
– Я помню.
– Вы его недооцениваете. Потому что не знаете так, как я. Это самый опасный человек в Саквояжне – намного опаснее судьи Сомма. Дом-с-синей-крышей его вотчина. Весь личный состав полиции Тремпл-Толл под его каблуком. Его не волнуют законность, справедливость и прочие бредни. Если бы вы только знали, как именно он продвинулся по службе.
– Я догадываюсь…
– Уверен, даже близко вы не догадываетесь. Гоббин злобный и мстительный, у него не бывает хорошего расположения духа. А еще он меткий стрелок – я лично видел, как он поцелил убегающего шушерника с тридцати ярдов прямо в затылок. И это с одним-то глазом! А еще он превосходно умеет драться. Ходят слухи, что именно он обучал известного боксера Мистера Флика. А еще…
Доктор Доу утомленно качнул головой.
– У нас есть преимущество, мистер Хоппер. Эффект неожиданности. Старший сержант Гоббин не знает, что мы за ним идем.
Хоппер опустил голову, и доктор пронзил его резким взглядом.
– Мы должны действовать сообща, констебль. Должны следовать плану. Если все удастся…
– Удастся?! – возмутился Хоппер. – Вам стоило бы обновить завещание перед выходом.
– Я обновил.
– Вы… что?
Доктор Доу вздохнул.
– Что бы вы себе ни думали, констебль, я очень серьезно отношусь к тому, что мы задумали. И сделал все необходимые приготовления.
– С мальчишкой попрощались?
