– Слушай сюда, Шнырр. Мы здесь не для того, чтобы ограбить хозяина дома. Это полицейское дело. Когда мы попадем внутрь, только попробуй протянуть к чему-нибудь ручонки – тут же протянешь ноги, уяснил?
– Я-то уяснил, сэр. Но как мы туда попадем?
– Не заставляйте меня подчеркивать очевидность, мистер Шнорринг, – раздраженно проговорил доктор и направился к двери. Хоппер и Шнырр последовали за ним.
Когда они оказались под фонарем, доктор протянул Шнырру то, что достал из свертка. Тот недоуменно уставился на металлическое кольцо с несколькими отмычками.
– Пора сделать то, ради чего вы здесь, мистер Шнорринг. Я ведь не ошибусь, предположив, что вы умеете обращаться с данными инструментами?
– Да с ними даже ребенок справится! Я, бывало, проникал за двери, имея под рукой лишь рыбью кость, а с отмычками…
Шнырр понял, что сболтнул лишнее и бросил взгляд на хмурящегося констебля.
– Давай поживее! Мы не можем здесь долго торчать.
Шнырр взял отмычки и склонился над замком. Сунув первую в замочную скважину, он принялся с энтузиазмом, от которого у наблюдавших за ним случился общий приступ тошноты, возить в ней.
– Ну что там, Шнырр? – спросил Хоппер, оглядываясь по сторонам. Взлом явно затягивался.
– Еще немного… – закусив язык от напряжения, ответил Шнорринг. – Я уже почти… Нужно время…
Но время шло, к сопению, фырканью и кряхтению Шнырра добавились приглушенные ругательства.
– Мистер Шнорринг, как успехи? – справился доктор.
– Не выходит… – жалобно проскулил Шнырр.
– Отодвинься! Дай я попробую, – велел констебль.
– Да с чего бы вам уметь обращаться с отмычками? – прошипел Шнырр, забыв о своей напускной почтительности.
– В начале службы всех констеблей обучают взламывать замки, чтобы негласно попадать в дома подозрительных лиц.
Доктор знал об этом, ведь, согласно изначальному плану, именно Хоппер должен был орудовать отмычками. Как и тогда, когда они разрабатывали план, его передернуло: изумительная полиция Тремпл-Толл – констебли, тайно влезающие в дома, разве можно придумать что-нибудь приятнее?
Между тем Хоппер отобрал у Шнырра отмычки и, отодвинув его в сторону, сам склонился над замком. Кольцо и инструменты для взлома в его громадных пальцах совсем потерялись, но замочную скважину он все же нашел и даже попытался повертеть отмычкой.
Доктор Доу прежде не присутствовал при попытках проникновений подобного рода, но даже он понял, что звуки, раздающиеся из замка под воздействием констебля, вряд ли можно назвать характерными для подобной процедуры: резкие скрипы, скрежет и лязганье вызывали у него все больше сомнений. Шнырр Шнорринг наблюдал за потугами Хоппера с плохо скрываемым злорадством.
Наконец констебль сдался и, повернувшись к доктору, пожал плечами.
– Обычно я стучу кулаком в двери, и приказа «Откройте! Полиция Габена!» прежде всегда хватало. Замки – это не то чтобы мое. Но и слепой бы увидел, что здесь какой-то странный и очень… гм… сложный замок.
– Это существенно усложняет все предприятие, – проворчал Натаниэль Доу.
– Может, вы попробуете, доктор?
– Нет уж, благодарю. Если вы не справились, думаю, мне не стоит и пытаться.
Он на миг пожалел о том, что не взял с собой Джаспера – сейчас его навык открывания чужих дверей пригодился бы.
– А ваш человек не может помочь с замком? – спросил констебль.
– Нет, – с досадой ответил доктор. – Он лишь изучил дом и предоставил отмычки. Я не знаю, где он сейчас – может, уже на другом краю Тремпл-Толл.
– И что делать? Мы должны попасть внутрь. Или предлагаете караулить его у входа?
– Я ничего не предлагаю, – со злостью в голосе проговорил доктор Доу. – Я пытаюсь думать.
Он и правда думал, вот только его мысли уползали куда-то в сторону. Вместо того, чтобы изобрести какой-нибудь потенциально успешный – да вообще любой! – вариант, доктор злился на самого себя из-за того, чем занимается и в каком обществе он этим занимается. Дело, в которое он ввязался, уже нельзя было назвать сомнительным – оно даже не пыталось маскироваться. Недостойное, низменное, грязное преступление. Подумать только! Он, Натаниэль Френсис Доу, пытается влезть в чужой дом вместе с констеблем-дуболомом и типом, которому он пока что даже не выделил подходящий термин в своем «списке раздражающе гадких личностей». Можно было, конечно, оправдывать себя тем, что у него нет выбора, но обманывать себя доктор Доу не привык. То, к чему все однажды придет, если задуматься, было ожидаемо. Цепочка четко очерченных событий привела его к этой двери. Когда именно его жизнь свернула не туда? О, он это прекрасно знал: в тот самый момент, когда он пробрался на борт того дирижабля…
– Доктор? – хмуро произнес Хоппер. – Поворачивайте штурвал к берегу, а то кажется, вы куда-то уплыли.
– Я все еще здесь, констебль. И смею заметить, эти моряцкие выражения вам не идут. – Он повернулся к Шнырру. – Мистер Шнорринг, у вас есть идеи? Очевидно, что в дом мы через дверь не попадем. Окон здесь нет, дымоходы перекрыты. Как нам оказаться внутри этого, как вы выразились, несгораемого шкафа?
