Теперь всё пришло в движение. Казалось, над поляной раскручивалась гигантская спираль, захватывая всё бо́льшие участки тайги, будоража людей, заставляя их двигаться быстрее, подчиняя их ритму, в котором давно уже потерялось ворчливое стрекотанье движка. Движок не поспевал за людьми. Спираль раскручивалась, и в центре её теперь был человек с телефоном.
Движение покоряло, захватывало, и ребята, сидевшие на траве в своём убежище, давно уже поднялись на ноги. Им тоже хотелось бежать куда-нибудь, что-то тянуть, что-то делать.
И вдруг всё остановилось. Замолк движок. Ребята с удивлением переглянулись; им казалось нелепым, что напряжение, с которым работали люди, могло кончиться просто так.
Человек у телефона смотрел в сторону балка, у которого собрались теперь почти все рабочие. Из балка высунулась чья-то голова.
– Готово?
Вопрос прозвучал негромко. Но над поляной стояла такая тишина, что можно было расслышать шёпот.
– Готово.
– Давай!
Человек у телефона выпрямился. Затем коротко рубанул воздух ладонью и крикнул:
– Огонь!
Где-то вдали лопнул громадный, туго натянутый барабан. Лёгкий, еле заметный толчок потряс почву. Грохот взрыва раскатился по лесу, и птицы взвились с деревьев вертикально вверх, будто ими выстрелили из рогатки.
Ребята сдвинулись теснее, ожидая, что за первым взрывом последует второй, может быть ещё ближе и оглушительнее.
Но всё было спокойно.
Снова застрекотал движок.
Человек у телефона, закуривая, чиркнул спичкой.
Осмелев, ребята вылезли из кустов и подошли к девушке в майке.
– Где тут Лена? – деловым тоном спросил Петька, второпях забыв поздороваться.
Более догадливый Димка высунул голову из-за его плеча:
– Здрасте!
– Здравствуйте, – засмеялась девушка, – лучше поздно, чем никогда. Сергей Михайлович, – крикнула она, – здесь делегация к Лене!
Из балка вышел человек в серой парусиновой куртке. Волосы у него тоже были серые – пополам с сединой. На круглом лице – большой, удивительно добрый нос, в руке – карандаш и очки.
– Вот так встреча! – сказал он, уставившись на Петькину тельняшку. – Как дела, матрос? Давно мы с тобой не виделись.
И Петька, всегда готовый встопорщиться, как ёрш на крючке, улыбнулся. Он тоже узнал того, кто приехал с первым пароходом и ругал себя «барбосом».
– Ничего дела… – ответил он. – А где Лена?
– Ах Лена… – протянул Сергей Михайлович так, словно раздумывал, стоило ли сообщать ребятам такую тайну. – Лена скоро придёт, она купаться пошла. Будете ждать?
– Подождём, пожалуй, – ответил за всех Петька.
– Ждите. А я пойду дело докончу. Потом потолкуем; нужно проверить, что вы за люди. Ладно?
Сергей Михайлович вошёл в палатку, и сейчас же оттуда вылетели и шлёпнулись на траву три складных стула.
– Садитесь, мальчики, – пригласила девушка.
Ребята из вежливости посидели немного на стульях, но потом встали.
– Правильно, – засмеялась девушка, – я их тоже не люблю. На траве лучше. Вы из Усть-Каменска, мальчики?
– Ага.
– Лена про вас рассказывала. Кто из вас Петька?
– Я… А что?
– Ничего. Про тебя тоже рассказывала.
– Правда, что вы нефть ищете? – спросил Димка.
– Правда. Только не нефть, а нефтеносные пласты. Там может и не быть нефти.
– Понятно, – сказал Юрка. – А зачем искать, если там ничего нет?
– Мы не всегда можем точно определить, есть ли в этом месте нефть, но по тому, как залегают пласты под землёй, можно узнать, где она может быть, а где её наверняка нет. Потом геологи пробурят скважину и узнают точно.
– А вы разве не геологи?
– Мы геофизики. Как бы вам объяснить…
– Чего тут объяснять, Тоня! – крикнул Сергей Михайлович из палатки. – «Гео» – «земля», «физика» – «природа». Ходим по земле, видим под землёй. Спим тоже на земле. Всё ясно.
– Почти так… – улыбнулась Тоня. – Но в нашем ведении не только земля, а и небо, и океаны, и землетрясения…
– Бывают такие землетрясения, – сказал Юрка, – что проваливаются целые города, даже страны. Бывают?
– Страны – не знаю, не слыхала. Да и города не проваливаются, а разрушаются. Может ещё затопить, если город на берегу моря…
Ребята переглянулись.
– Вы долго будете искать нефть? – спросил Димка.
– До весны, – сказала Тоня.
– Всю жизнь! – сказал Сергей Михайлович, выходя из палатки. – И другим ещё останется. Вы не представляете, хлопцы, как мало мы знаем о том, что делается у нас под ногами. В небо летят ракеты… Телескопы направляются на звёзды, до которых свет идёт тысячи лет… Даже самолёты и те поднимаются на двадцать километров. Человечество стремится вверх! А по земле мы ползаем, как мухи по глобусу. Самая глубокая шахта – несколько километров. На такую же глубину опустился человек под воду. Это ничтожно! До Марса шестьдесят миллионов километров, но я уверен, что на Марсе человек будет раньше, чем опустится на шестьдесят километров под землю.
– Самолёты тоже нужны, – возразил Петька. – Особенно реактивные.
– Конечно, – засмеялся Сергей Михайлович, – разве я говорю, что не нужны? Ты ведь, наверное, лётчиком будешь?
Петька вздохнул.
