Как только повозка оказалась на территории верфей, Инь и остальные поспешили через посыпанный песком плац к месту сбора, где главный инженер, Кайцзо, которого ласково называли Мастер Картошка за сходство его фигуры с этим овощем, уже поджидал их, чтобы раздать задания на день. В отличие от большинства аньтажаньцев, которые носили косы, мастер Кайцзо брил голову наголо – предполагали, чтобы скрыть лысину. От этого сходство с картофелиной лишь усиливалось. Кроме того, он был обладателем механического протеза – левая рука его была выполнена из металла. Инь не приходилось раньше видеть людей с искусственными конечностями – одним из сложнейших изобретений Гильдии. Говорили, что он потерял руку в результате взрыва пушки, когда сопровождал войска в атаке на пиратов.
– Тунгэ и Цзялэй на первом причале, регулярное техобслуживание; Дасу и Нэйцзай на третьем причале, тоже техобслуживание; Мудань и Тангу на шестом причале, там заело пропеллер; Нэйху и Аньхуэй на седьмом причале, у этого малыша проблемы с двигателем, надо с ним повозиться, – Кайцзо скороговоркой зачитал список. Похоже, клочок пергамента, на котором он был нацарапан, был оторван от страницы запретной книги – на обратной стороне обрывка Инь различила изящные очертания женской фигуры.
Однако Кайцзо ей нравился. Он – единственный мастер Гильдии, который не поморщился, услышав, из какого она клана. Кроме того, он не делал культа из учебников, не поклонялся текстам, словно они исходили из уст богов.
– Какой смысл заучивать кучу всякой ерунды, если вы не можете построить нормальный двигатель или отремонтировать пушку? – заявил он им в первый же день. Такие слова могли бы прозвучать из уст отца. Надо спросить у Кайцзо, знал ли он отца в молодости, решила она.
Инь и Ань-си направились к назначенному причалу. Из баллона дирижабля выпустили газ, и теперь он бесформенной грудой лежал на корпусе корабля. Несколько инженеров уже вскрыли панель доступа на правом борту и, скорчившись внутри небольшого отсека, возились с деревянными болтами и осями, приводившими в движение пропеллеры.
Двигатели аньтажаньских дирижаблей работали на газе цзяэнь, в отличие от более распространенных на улицах Фэя транспортных средств на пару. Газ цзяэнь был легче и эффективнее: большое количество энергии, выделяемой при его сгорании, обеспечивало вращение массивных пропеллеров дирижаблей. Но он был труднодоступен: единственным его источником на Девяти островах были шахты Цзюйваня, и они быстро истощались.
Двигатель был сердцем корабля, вырабатывающим энергию.
Молодым подмастерьям не разрешалось прикасаться к настоящим двигателям – слишком велик был риск, – поэтому они служили мальчиками на побегушках у старших инженеров.
– Принеси мне воды.
– Подай зубило.
– Здесь жарко. Чаще маши веером.
Инь выполняла приказания без единого слова жалобы, так, словно у нее к башмакам были приделаны крылья. Все, чего ей хотелось, – это поскорее вернуться в машинный отсек и увидеть, чем занимаются старшие инженеры. На Хуайжэне дирижаблей не было, и она наслаждалась каждым мгновением, когда на ее глазах разбирали настоящий двигатель. Каждое слово, слетавшее с уст инженеров, она старательно записывала в свою книжку.
– Уйди с дороги, деревенщина неотесанная, – Ань-си протолкнулся мимо нее с мешком угля. На обратном пути он сунул ей в руки другой мешок. От жгучего запаха серы заслезились глаза. – Отнеси это на склад, – велел он. – А я – за водой для них. – Он вытер пот со лба и зашагал прочь, неуклюже шаркая.
Прижимая к груди увесистый мешок с серой, Инь дошла до склада в больших ангарах на западной стороне верфи и поспешила обратно к кораблю. Она весело улыбалась, оглядывая площадки, посыпанные песком, и вдыхая прохладный, но свежий воздух. Было приятно находиться на просторной территории верфей с бескрайним голубым небом и клубящимися облаками над головой после угнетающе тесных коридоров и душных классов Гильдии.
Добравшись до своего причала, она направилась в машинный отсек, напевая на ходу, но резко остановилась. Еще одна панель на левом борту корпуса была распахнута, открывая два зловещих бочкообразных предмета.
Пушки воздушного корабля.
Инь медленно подошла ближе, не отрывая взгляда от темных горловин. Она быстро огляделась – поблизости никого не было. Сделав глубокий вдох, она ухватилась за нижнюю перекладину деревянной лестницы, встроенной в корпус корабля, которая вела прямиком к открытому отсеку, и через мгновение ловко проскользнула туда, где прятались пушки.
Инь пробежалась пальцами по ледяной поверхности железного ствола, и дыхание у нее перехватило. Она достала тщательно скрытый под одеждой отцовский дневник и нашла между страницами чертеж. Осторожно развернув лист пергамента, она уставилась на сложное переплетение прямых и кривых линий, нанесенных рукой отца.
Теперь у нее не было сомнений – это была незаконченная инструкция по созданию пушки.
