Все кандидаты в подмастерья время от времени получали наказания, если не оправдывали ожиданий мастеров Гильдии, но Инь, похоже, доставалось больше всех. Возможно, дело было в ее независимости – в жесткой структуре Гильдии она казалась белой вороной, а может, за то, что она была из клана Аньхуэй, планку для нее с самого начала задрали повыше. Так или иначе, она все больше волновалась и все меньше верила в собственный успех на испытаниях.
Е-ян приподнял бровь в удивлении.
– А я слышал другое, – произнес он. – По словам Лэгуя, ты ежедневно выводишь из себя по меньшей мере одного мастера, а Гэжэнь даже подал Цаожэню прошение, чтобы тебя выгнали.
У Инь вытянулось лицо, а плечи уныло поникли.
– Если Лэгуй уже обо всем доложил, зачем было спрашивать? – пробормотала она. Сказать, что ее не задевало предвзятое отношение мастеров, означало бы покривить душой, но пока Е-ян не поставил вопрос прямо, ей было не так стыдно. Теперь ей хотелось провалиться сквозь землю.
Она не хотела представать перед ним в таком свете. Он дал ей редчайшую возможность, а она его подвела.
Суровое выражение его лица смягчилось.
– Возможно, не будь ты Аньхуэй, было бы проще, – размышлял он вслух.
– Нет, – быстро ответила Инь. – Я – дочь своего отца. Я не стану скрывать, кто я, из страха, что мне придется нелегко. – Едва закончив фразу, она поняла, сколько в ней лицемерия. Она выдавала себя за младшего брата именно потому, что знала: иначе ей не преодолеть эту стену. Внутри что-то сжалось.
– Это верно, – пробормотал Е-ян, – и кто знает, благословение это или проклятие? В любом случае ты уже здесь, и первое испытание состоится завтра. Гэжэнь не может официально исключить тебя, потому что ты поступила по моему ходатайству, но может, если ты не будешь соответствовать требованиям. Ты готова к испытанию?
Инь с силой прикусила нижнюю губу. Едва она здесь освоилась, привыкла к жизни в Гильдии, а уже пролетело два месяца. Завтра должен был состояться первый экзамен – испытание разума, – и если она не справится, то ее выгонят. Все остальные претенденты по ночам без устали зубрили, надеясь перед сочинением набить память знаниями, но ее голова, несмотря на все старания, была как решето. Она, казалось, уже видела, как светится злой радостью лицо мастера Гэжэня оттого, что ее имени нет в списке сдавших.
Инь сжала кулаки, ногтями впиваясь в ладони, чтобы боль укрепила решимость. Е-ян легонько похлопал ее по правой руке. Она вздрогнула от прикосновения, но стоило поднять голову и увидеть взгляд его ясных серых глаз, тревога улетучилась.
Е-ян действовал на нее успокаивающе. Может, потому, что он сам всегда выглядел так спокойно и уверенно, будто не было такой бури, которой он не мог бы противостоять.
– От тебя все ожидают, что ты будешь достойна имени отца, – заговорил Е-ян. – Вероятно, ты сама от себя этого ожидаешь. Не надо – оно того не стоит. – Он убрал руку и дотронулся до нефритового кольца на своем пальце. – Ты должна быть собой. Жить в тени кого-то другого – значит никогда не реализовать свой собственный потенциал.
Но каков ее потенциал? Кем
Приближающийся шум шагов прервал ход ее мысли.
– Е-ян! – Дверь задрожала: кто-то снаружи безуспешно пытался ее открыть. – Открой!
Инь в ужасе посмотрела на Е-яна. Она узнала голос Эрдао, Второго бейла.
– Спрячься здесь. – Е-ян указал на ширму из сандалового дерева, покрытую резьбой с цветущими ветвями сливы, рядом с кроватью.
Кивнув, Инь метнулась за ширму. Присев на корточки, она затаила дыхание, слушая, как со скрипом открывается дверь.
– Эрдао! – приветствовал гостя Е-ян.
Раздался топот – в комнату ворвался Второй бейл.
– Зачем ты запер дверь? Боишься, что кто-нибудь раскроет твои секреты? – спросил Эрдао и тут же разразился хохотом. Он с грохотом водрузил что-то на стол – вероятно, кувшин с вином.
– Просто привычка, – ответил Е-ян. – Что привело тебя ко мне?
– Я что, не могу выпить с кузеном без всякого повода? Нам теперь нескоро представится удобный случай. Ты предложил Верховному главнокомандующему впечатляющий план. Дядя давно положил глаз на Фули, а ты преподносишь его ему на блюдечке с голубой каемочкой.
Вот, стало быть, о каких «делах» говорил Е-ян. Инь была почти уверена, что слышать этого ей не следовало. Знать слишком много было опасно, но, как бы ей этого ни хотелось, убежать она не могла.
– Ничего впечатляющего. Мы все служим Девяти островам, вот и все. И мы еще не знаем, чем дело кончится.
Чаши с вином громко звякнули.
– Это точно, может, вы оттуда живыми-то не вернетесь! А может, мастерам Гильдии придется смастерить для тебя механические конечности. – Эрдао легкомысленно захихикал, но Инь чувствовала, что он притворяется. Разговор был вовсе не шуточный. – Откуда у тебя вообще взялась такая идея? Ты обычно не склонен рисковать.
Е-ян язвительно усмехнулся:
– У тебя свои советники, у меня – свои.
Он намеренно уклонялся от темы, потому что знал, что она все слышит?
