Это был честный ответ, хотя ей очень не хотелось, чтобы он отправлялся на эту войну. Что бы они там, в Фули, ни планировали, это было похоже на самоубийство. Она взглянула на пальцы, обхватившие ее плечо, ощутила, как уютно ей покоиться на изгибе его руки. Пусть она пока не понимает, что происходит, что происходит
Он слегка приподнял уголок рта в ироничной усмешке.
– Спасибо, что лжешь мне с такой готовностью.
– Я не лгу.
– Угу…
Инь выскользнула из его объятий и села прямо.
– Я серьезно, я не… – Остаток ее возражений перешел во вздох.
Е-ян уже спал. Он спал, нахмурившись, словно его мучил кошмар, так что лоб прорезала глубокая морщина.
Ей следовало немедленно уйти. Она это понимала, но не могла не посидеть в тишине еще мгновение. В памяти проносилось все, что она наблюдала и слышала со дня приезда в Фэй. Живя в своем замкнутом мирке на Хуайжэне, она и представить не могла, как сложно все будет здесь. Подводные течения грозили утянуть неосторожного пловца на дно, и она наконец начала догадываться о причинах, которые заставили отца покинуть Гильдию.
Но выбор доступен далеко не всем. У Е-яна его не было.
Здесь он родился. Здесь его семья и родня. Это место он вынужден называть домом.
Она нежно погладила его по голове. Дыхание его стало глубже и ровнее, напряжение в мышцах ослабло.
Но если кошмары и покинули его, морщина на лбу осталась на месте, придавая юным чертам серьезность. Инь осторожно коснулась точки у него между бровями, ощутив тепло кожи. Складки на лбу исчезли, и напряжение рассеялось.
– Так-то лучше, – сказала она.
Затем, не задумываясь, она наклонилась и прикоснулась губами к его лбу. Поцелуй тайком. Еще один проступок, которого ей, вероятно, не следовало совершать. Осознав содеянное, она покраснела, торопливо отошла от кровати и повернулась, чтобы уйти.
Дверь захлопнулась за ней с мягким щелчком, и пара задумчивых серых глаз тут же распахнулась.
Инь сидела на помосте, скрестив ноги, и отчаянно терла глаза. Голова раскалывалась – результат недосыпания, ведь ночь напролет она крутилась, не в силах ни заснуть, ни прервать калейдоскоп видений, где причудливо смешались ее отец, Е-ян и корабельные орудия. От суеты, царившей в спальне, становилось еще хуже.
– В чем дело? – бормотала она. – Еще даже не рассвело.
Остальные кандидаты в подмастерья носились вокруг, словно в каждого вселилась энергия дюжины солнц. Над головами пролетали носки, башмаки и даже нижнее белье.
– Просыпайся! – Чанъэнь грубо потряс ее за плечи. – Нам пора на первое испытание!
– Первое испытание?
Ну конечно, это же сегодня! К завтрашнему дню добрая половина тех, с кем она делила спальню, – а может, и все они – будут собирать вещички, получив билет в один конец – домой. Будь у Гэжэня возможность как-то повлиять на решение мастеров, одним из этих жалких неудачников будет она.
Реальность обрушилась на нее, как кузнечный молот на наковальню. Инь вскочила на ноги. Почти все ее соседи уже встали (кое-кто, похоже, и не ложился) и судорожно сжимали в руках книги и свитки. Один не отрываясь пожирал глазами «Анналы
– И к чему эти старания? – послышался сбоку голос Е-каня. Он уже напялил соломенную шляпу и не спеша прилаживал к ней вуаль. – Все равно ему не пройти отбор.
– Как и тебе, если я решу содрать с тебя эту дурацкую шляпу! – Инь сдернула с головы мальчишки отвратительный убор. Сегодня она слишком нервничала, чтобы терпеть его ехидные замечания.
Все ахнули.
– Именем Ка Ханя, что это с тобой? – воскликнул Чанъэнь.
Младенчески-гладкая кожа на лице Е-каня была усеяна вулканическими прыщами; парочка уже лопнула, из них сочилась кровь вперемешку с желтоватым гноем. Инь вспомнила жертву ожога рудой Минлунь на острове Муцзы, и желудок у нее сжался.
– Аллергия, – ответил Е-кань. – Позволь-ка… – Он отобрал у Инь свою шляпу и, ко всеобщему облегчению, тут же нахлобучил ее на голову.
– Ничего себе аллергия! – заметил Чанъэнь. – Не снимай больше свою шляпу! – Он с опаской почесался. – Хорошо, что я еще не завтракал сегодня. – На столе у двери стояло большое блюдо вареных бобов, но этим утром ни у кого не было аппетита.
Инь наклонилась и прошептала Е-каню в самое ухо:
– Аллергия? Что, правда?
– Я вынужден принимать меры предосторожности.
Сегодня все четыре бейла почтут испытание своим присутствием, но, поскольку физиономия Е-каня покрыта гнойниками, вряд ли хоть кто-то задержит свой взгляд на этом кровавом зрелище и узнает четырнадцатого принца. Инь покачала головой, поджав губы. Одно ясно – парень готов на все, чтобы задержаться в Гильдии. Но зачем ему это?!
