Краем глаза Инь заметила, как изменились в лице бейлы и их выдвиженцы. Чанъэнь тут же дружески подтолкнул ее, хитро улыбаясь. Губы Эрбаня сжались в жесткую линию, он побагровел от возмущения, ведь его перестали замечать. Второй бейл, Эрдао, держал свои эмоции в узде; лишь подергивание массивной челюсти выдавало его негодование. Ань-си побелел как полотно, ноздри его раздувались в попытках усмирить собственное эго. В отличие от него, сонный Третий бейл лишь слабо улыбнулся и ободряюще похлопал Е-яна по плечу. Что на самом деле означала эта улыбка, Инь знать не могла. Что касается Первого бейла, то он лишь кивнул Е-яну, признавая его успех, но этим и ограничился. На протяжении всей сцены он оставался безучастным; на его каменной физиономии нельзя было прочесть ничего.
Инь вдруг вспомнила старшего принца, удел которого – до конца своей жалкой жизни быть каторжником в шахтах Цзюйваня. Она вновь взглянула на четырех бейлов – у каждого из них был свой характер и свои достоинства, – гордо стоящих перед Верховным главнокомандующим. Один из этих четверых будет назван преемником Верховного командования Аогэ и станет следующим правителем Девяти островов. Но кто это будет?
В голову ей закралась новая мысль. Мог ли кто-то из них быть причастен к смерти отца? Все они были достаточно могущественны, чтобы командовать десятками обученных убийц и злобных химер. Даже Е-ян.
Пока Инь размышляла о преемственности правящей семьи Аогэ, старший подмастерье вернулся со свитком.
Цаожэнь прочистил горло.
– Без лишних проволочек огласим результаты вчерашнего испытания. Если в списке нет вашего номера и имени клана, значит, вы провалили экзамен и должны немедленно покинуть Гильдию. Второй этап занятий начнется завтра.
Подмастерье быстро прикрепил свиток к деревянной раме и, развязав шнурок, развернул длинный лист пергамента. Кандидаты засуетились, проталкиваясь вперед и пытаясь разглядеть имена в списке.
Инь и так уже стояла в первом ряду. Она пробежала глазами список сверху вниз. Мастера расположили имена кандидатов в зависимости от их успехов. На первом месте числился Нэйху Ань-си. Ничего удивительного. Она услышала, как рядом с ней Ань-си глубоко выдохнул. Напряженные плечи сразу заметно расслабились.
Эрбань занял второе место, а Чанъэнь вошел в десятку лучших. А вот она… В самом конце списка, втиснувшись в узкое пространство между сороковым именем и краем пергамента, стояли иероглифы «Аньхуэй Минь». Кисть, которой было вписано в перечень ее имя, явно находилась не в тех пальцах, что занесли на свиток остальных сорок претендентов.
– Я прошел, – пробормотала она и схватила Чанъэня за руку. – Я справился, – повторила она, на этот раз чуть громче.
И неважно, что иероглифы ее имени были вдвое меньше, чем у остальных, и едва читались, втиснутые на пергамент исключительно из-за вмешательства самого Верховного главнокомандующего, и что взгляд мастера Гэжэня сочился ядом. Она – Аньхуэй Инь – прошла в следующий этап. Чудом, но прошла!
– Гильдия инженеров всегда была важной опорой Верховного командования. Я жду от всех вас великих свершений, – раздался по залу звучный голос Верховного главнокомандующего. Затем он посмотрел прямо на Инь, в его глазах цвета серого сланца мелькнула задумчивая искорка. – Уверен, вы меня не разочаруете.
Он обращался ко всем присутствующим, но Инь казалось, что он говорит только с ней. Она была как тот кролик, которого изучает, наблюдает, с любопытством рассматривает питон.
По залу пронесся одобрительный гул, а Верховный главнокомандующий откинул голову назад и рассмеялся, похоже, довольный таким ответом. Он поднялся со своего места и повернулся к Цаожэню.
– Должно быть, в Гильдии много важных дел, требующих внимания. Не буду больше вас задерживать. – Он бодро спустился по ступеням помоста и остановился перед сыновьями и племянником. – Вы четверо, пройдите со мной. Нам надо кое-что обсудить.
Верховный главнокомандующий и четверо бейлов стремительно покинули зал, а Великий мастер Цаожэнь и другие мастера, как послушные слуги, последовали за ними. Как только они отошли подальше, зал взорвался – поднялись возня и крики.
Первым, кто обратился к Инь, был Эрбань.
– Аньхуэй Минь, – позвал он, подойдя к ней с улыбкой на загорелом лице. Он протянул руку, чтобы положить ей на левое плечо мясистую ладонь, но Инь быстро отступила в сторону, намеренно избегая любого физического контакта с другими кандидатами.
– Поздравляю, – сказал Эрбань. – Похоже, ты пролез в следующий раунд, с трудом, но пролез. Благодари свою счастливую звезду. Не появись здесь сегодня Верховный главнокомандующий – быть тебе одним из этих жалких неудачников. – Он ткнул большим пальцем в сторону группы удрученных юношей, которых утешали приятели.
– Но ведь Первый бейл обещал, что нам четверым гарантирован проход в следующий этап, – сказал Чанъэнь, почесывая подбородок. – Разве не должна Гильдия проявлять к бейлам хоть каплю уважения?
