Не обращая внимания на крики и ругательства, Джаспер тащил Полли к двери котельной.
– Почти выбрались… – приговаривал он. – Мы почти выбрались, Полли.
Джаспер прислонил девушку к стене и открыл дверь.
– А тошнотворная ворона ничего не хотела слушать! – воскликнул мальчик. – Представляю лицо дядюшки, когда он…
– Джаспер!
Племянник доктора Доу испуганно обернулся и увидел человека в сером пальто и цилиндре. Его лицо было скрыто под респиратором и защитными очками.
– Ми… мистер крысолов?
Крысолов быстро подошел, расстегнул противоудушливую маску, снял очки. Пораженному мальчику предстало недоуменное и злое лицо Натаниэля Френсиса Доу.
– Дядюшка?!
– Что ты здесь делаешь? Мисс Полли? Вы снова втянули моего племянника в какое-то сомнительное…
Джаспер перебил его:
– Нет! Я спас ее! Они похитили Полли, и я пробрался сюда за ней! А ты не верил…
Доктор Доу быстро проанализировал ситуацию.
– Что они с вами сделали, мисс Полли?
– Зубы… мои зубы…
– А ты что здесь делаешь? – спросил Джаспер. – И почему ты одет как крысолов? И… – Тут он все понял. – Ты пришел за Машиной? Ты все-таки решил похитить ее у Портера?
От двери пыточного подвала раздался грохот – кажется, констебли били в нее баллоном. Вентиль с лязгом ходил ходуном из стороны в сторону, но провернуться ему мешал обломок трубы, которую Джаспер загодя туда вставил. С каждым таким дерганьем труба сползала, грозя вывалиться в любой момент.
«И почему у мистера Суона всегда получается запирать злыдней, а у меня нет?!» – с раздражением подумал Джаспер.
– Нужно выбираться, – сказал доктор Доу. – Внизу стоит мой «рельс-мобилер». Я помогу вам, мисс Полли.
Он закинул руку Полли себе на плечо и потянул девушку в котельную. Джаспер зашел следом, закрыл дверь.
– Но где же она? – спросил мальчик. – Где Машина?
Дядюшка склонился над открытым люком.
– Мисс Полли, прошу вас: пару усилий, чтобы спуститься вниз.
– Дядюшка?
– Он провел нас, Джаспер, – негодующе ответил доктор Доу. – Фиш использовал меня. Он сообщил неверный код, и Машина осталась в хранилище Портера. Этот тип снова использовал нас для своих целей. Я был прав: ему нельзя доверять.
– Но как же…
– Мы возвращаемся домой, Джаспер.
Мальчик кивнул и поспешил помочь дядюшке спустить Полли в люк.
Нож скользнул в каком-то дюйме от горла Ратца. Старший агент банка крутанулся, и удар пролетел мимо.
Несмотря на торчащий из ноги штырь, Ратц двигался почти так же быстро, как и всегда. Он умел воспринимать боль как временное неудобство, как дело, которое можно до поры спрятать в папку и отложить на край стола. Да, потом ему придется вновь развязать эту папку, но сейчас у него были дела поважнее.
Впервые за очень долгое время Ратц столкнулся с противником, который ему практически не уступал.
В движениях, в самой манере крысолова держаться угадывалось солдатское прошлое. Прошлое, научившее этого человека ступать четко и уверенно, отшагивать в нужный момент и бить быстро и в цель. Как и Ратц, он был выучен игнорировать боль – крысолов словно не замечал крови, которая пропитала его рубаху и капала с полы пальто. Уходить от ударов его ножа было непросто – промедли агент банка хоть на мгновение, каждый такой удар мог оборвать его жизнь. Ратц быстро уяснил, что до момента, как он раздавил крысу, этот человек не собирался его убивать и настоящая игра началась только сейчас.
Он действовал осторожно. Отметив, что крысолов не застегнул пальто, когда достал нож, Ратц делал все, чтобы заставить его раскрыться, – крысолова пожирала изнутри ярость, и она же была его слабостью. Он ошибется… рано или поздно…
Но пока что противник и не думал ошибаться. Нож в его руке взрезал воздух, мелькал перед глазами, в какой-то миг крысолову удалось даже распороть сюртук на груди Ратца – нож звякнул о пластины защитного корсета… Ответные удары клинка из рукава агента банка, в свою очередь, один за другим отталкивались прочь, отводились в сторону, не в силах достигнуть цели…
Ратц понимал, что ситуация патовая и только хладнокровие, лишь выверенная до мелочей стратегия помогут ему убить этого человека.
В голове его стремительно разворачивались схемы и комбинации: «Вот сейчас нужно провести выпад чуть медленнее – он отреагирует и уклонится левее, и тогда нужно будет надавить, чтобы он отшатнулся. В таком случае он встанет на краю площадки и будет вынужден податься назад. Шагнув на ступень ниже, он попадет в уязвимое положение: его голова окажется под ударом, и тогда…»
И все же Ратц недооценил противника. Он так заигрался со своими расчетами, что упустил одну мелочь: человек, много лет сражавшийся с хитрыми крысами, и сам обладал подобной хитростью. А еще у него был бесконечный запас уловок.
Крысолов и правда уклонился от удара, действительно отшатнулся. Но затем поступил непредсказуемо: вместо того чтобы спуститься на ступень, он нырнул под руку агента банка и молниеносно подобрал слетевший ранее с головы цилиндр, после чего что-то из него выхватил. Что-то стеклянное…
