Как будто что-то услышав, старейшина подошел к узкому оконцу – одному из немногих. Застекленные сине-лиловыми витражами, они приглушали и искажали солнечный свет. Мне хотелось верить, что именно из-за этого кожа герцога имела такой неестественный, мертвецкий цвет.
– А не они ли это? – радостно проговорил маг, подаваясь вперед и что-то заинтересованно высматривая в окно. – Да, точно! Это ведь их герб: чья-то рогатая башка на фоне скрещенных мечей.
Я поравнялась с Тригадом, борясь с желанием отпихнуть его куда подальше. Например, впечатать в стену, пусть бы лучше поработал гобеленом.
Из-за узоров витража небо казалось перепачканным в марганцовке, и на этом ядрено-лиловом фоне над Лашфором парили, постепенно снижаясь, хрустальные кареты с темным узором на стенках – гербом семьи Ариэллы.
Сердце забилось быстрее. Все смешалось: волнение, радость, смятение. Какой окажется наша встреча? Скучала ли она по мне так же сильно, как и я по ней? Или из-за всего случившегося… Нет, даже в мыслях не хочу допускать этого!
– Полагаю, вам не терпится повидаться с подругой. Интересно, что она, увидев вас, почувствует? – оставаясь верным самому себе, язвительно протянул старейшина. – Вы ведь не общались с ней с тех пор, как на свадьбе, перед всеми гостями, унизили ее, отняв у нее жениха. И вот теперь из-за вас погибает ее брат.
– Не захлебнитесь ядом, советник! – от души пожелала этому стервятнику и, подхватив юбки, поспешила прочь из герцогской спальни. Подальше от Тригада.
По коридорам шла, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег. И по лестнице спускалась, борясь с желанием по-детски перепрыгивать через ступени. Приходилось укрощать свои порывы, потому что императрице не пристало бегать по замку с раскрасневшимися щеками. Да и был риск наступить на рукав-метелку или запутаться в дурацком шлейфе не менее дурацкого платья. Вот будет дело, если навернусь и приземлюсь к ногам дорогих гостей с расквашенным носом.
Напоминая себе, что я жена Ледяного, а значит, тоже должна хотя бы немножечко быть ледяной, я степенно преодолевала ступень за ступенью. И, пока спускалась, мысленно уговаривала сердце вести себя попристойней, а не скакать как бешеное. Как ни странно, сердце меня послушалось сразу, замерло в груди, стоило увидеть входящих в замок князя и княгиню Талврин. Ариэлла следовала за родителями, положив затянутую в перчатку руку на широкое предплечье незнакомого мне мужчины. И пусть мы никогда прежде друг друга в глаза не видели, я сразу узнала в нем любовь всей ее жизни – герцога из Рассветного королевства и огненного дракона.
Огненными были не только его силы, но и волосы. Не рыжие – золотые. Мечта любой девицы. Коротко остриженные, пламенными бликами обрамляли они открытое, благородное лицо мужчины. Крупные, выразительные черты этого лица невольно притягивали взгляд. Что же касается глаз тальдена – никогда прежде мне не доводилось видеть такого глубокого, пронзительного цвета. Словно трава на лугу, подсвеченная лучами восходящего солнца.
Хильдебальд был пониже Скальде, но, если сравнивать с замершими у дверей латниками, даже без лат он казался выше стражи и шире в плечах. Смуглый, с белозубой улыбкой. Наверное. Герцог не спешил меня или кого бы то ни было ею приветствовать. Светлокожая миниатюрная Ариэлла рядом с ним казалась еще более хрупкой и нежной. Изящной статуэткой, в которую каким-то чудом вдохнули искру жизни.
Жаль, жизни не было в вымученной улыбке, которой, в отличие от преисполненного серьезности дракона, все-таки одарила меня подруга.
– Ваша лучезарность, – склоняя голову, опустилась в реверансе княгиня. Выражая почтение и одновременно обдавая холодом не хуже Ледяного. Всех Ледяных Адальфивы вместе взятых.
Ее муж тоже поклонился: резко, коротко, сдержанно. Его светлость просто следовал этикету, а не проявлял по отношению к правительнице должного уважения, и подчеркивал это каждым своим движением.
Я стояла перед ними, чувствуя себя бревном на подпорках. Кланяться в ответ не положено, а сказать что-то не получается. Да и что говорить? Справиться, как долетели? Или сразу выражать свои соболезнования? А может, поздравить со свадьбой? Глупость какая! Настроение у них сейчас точно не праздничное.
Я больше не стала усмирять свое сердце, снова забившееся, как будто в истерике. Так ничего и не придумав, просто кивнула в знак приветствия и сосредоточилась на Ариэлле. Благо княжескую чету отвлек от линчевания меня взглядами так вовремя подскочивший к нам эррол Корсен. Подхватив княгиню под руку, маг отвел ее и ее супруга в сторону, и место возле меня заняли Хильдебальд с Ариэллой.
– Прошу, не надо, – коснулась я локтя подруги, останавливая, не желая, чтобы еще и она передо мной расшаркивалась в реверансах. И так уже уровень неловкости зашкаливает.
– Фьярра… – несмело начала девушка.
– Теперь уже Аня, – мягко ее поправила и посмотрела на тальдена.
