На одном бокале они не остановились. Первым усталость одолела Северина, и тот задремал под сушильным колпаком.
Вместе с Мартиной Кати довела полусонного Северина до своего «жука» и пристегнула его на пассажирском сиденье. И только оказавшись на свежем воздухе, она поняла, что возможно – но только возможно – перебрала с алкоголем и, может быть, чуточку опьянела. Поэтому решила не садиться за руль, а пойти домой пешком, пошатываясь и держась за все, что любезно попадалось ей на пути, а Северина просто оставить так и дать ему спокойно поспать.
Родной городок Кати не любил рано вставать. Он всегда просыпался вяло и неизменно сначала поворачивался на другой бок. Первыми из своих домов выходили разносчики газет, водители автобусов и машинисты, пекари и бегуны. Но как только наступало время, когда все работающие устремлялись в близлежащий крупный город, все дороги на выезд заполнялись до отказа, как кровеносные сосуды, перекачивающие кислород к сердцу.
Кати оставила машину на участке дороги, где парковка запрещалась с семи до двенадцати часов – хотя никто не понимал почему. Поблизости не располагалось ни школ, ни детских садов, ни даже детских площадок. Казалось, работа местного управления безопасности дорожного движения заключалась в том, чтобы напоминать людям о тщетности бытия с помощью парковочных знаков, ограничений скорости и всевозможных запретов, беспорядочно разбросанных по городку.
Двадцатитрехлетняя Сабрина Кюппер, которая совсем недавно начала работать инспектором дорожного движения, а потому столь же преданная своему делу, сколь и чрезмерно строгая, заметила неправильно припаркованный «жук» еще издалека. Все стекла запотели изнутри, что могло означать лишь одно: в машине кто-то есть. Только бы не собака! Последние несколько метров она преодолела бегом и постучала в окно, надеясь услышать признаки жизни – лай, рычание, царапанье, хоть что-нибудь.
Из сна Северина вырвал какой-то стук. Он не знал ни где находится, ни почему там очутился… где бы ни было это «там».
– Эй? – позвал незнакомый голос.
Опять стук, громче, на этот раз непосредственно над ним и какой-то дребезжащий.
– Есть там кто? Эй?
Северин открыл глаза, сперва увидел запотевшее боковое стекло и темную тень за ним. Затем приборную панель.
Он сидел в машине…
Нужно выбраться отсюда! Он немедленно должен выбраться!
Северин попытался встать, но его удержал ремень безопасности. В панике он попробовал его расстегнуть, сначала не мог найти замок, потом нажимал не на то место.
Очередной стук.
– Я сейчас разобью стекло!
Северин наконец нашел кнопку, она щелкнула, и он освободился. Тут же судорожно схватился за ручку пассажирской двери. Однако та не открывалась. Машина не давала ему сбежать.
Стук превратился в грохот.
– Я вижу, что вы двигаетесь! Чем вы там занимаетесь?
Северин завопил. Ему никогда отсюда не выбраться! Он затряс дверь, заметался, словно угодил в паутину. Пот катился градом изо всех пор. В итоге он перевалился на водительское сиденье, хаотично нащупывая ручку, нажал на нее и толкнул дверь.
Визг тормозов. Гудки. Звук опускающегося бокового стекла.
– Идиот! Осторожнее! Я чуть не врезался!
Северин упал на асфальт и кое-как поднялся на ноги. Воздух! Прочь от машины!
– Вы должны переставить свою машину! Здесь нельзя парковаться. Куда вы собрались?
– В Арктику, – выдавил из себя Северин и пустился бежать.
Мадам Катрин выглянула из своего салона, узнала машину Кати и набрала ее номер телефона.
– Кати? Это я, мадам Катрин. Приезжай в салон как можно скорее, иначе твою машину увезут на эвакуаторе!
Затем она вышла на улицу и убедила Сабрину Кюппер пока не вызывать эвакуатор. Ведь владелица «жука» уже мчится сюда. Впрочем, от штрафа за парковку Сабрину Кюппер не удержал бы никто.
Через некоторое время запыхавшаяся Кати появилась на своем дряхлом голландском велосипеде и затормозила у салона, перед которым со скрещенными на груди руками стояла инспектор дорожного движения, а рядом с ней – мадам Катрин, видимо, безуспешно пытавшаяся втиснуть ей в руку бокал просекко.
– А вот и она! – воскликнула мадам Катрин. – Как я и говорила. Может, теперь сделаете глоточек игристого для нервов?
– Я все еще на службе! Как и пять минут назад, – отрезала Сабрина Кюппер.
Кати быстро поставила велосипед в стороне и обняла мадам Катрин.
– Вам уже лучше?
– Зараза к заразе не пристает!
После объятий мадам Катрин просто сама выпила этот глоток просекко. Иначе выдохлись бы все пузырьки!
– Вы ведь ничем не болели, верно? Это был тщательно продуманный маневр, чтобы заставить меня…
– Пожалуйста, немедленно отгоните автомобиль, – раздался голос Сабрины Кюппер. Дорте помахала им рукой из салона. – Иначе я вызову эвакуатор! А как только его вызывают, за него нужно заплатить. – Сабрина Кюппер достала мобильный телефон.
Кати заглянула в свой «жук».
– А куда делся Северин?
– Мужчина из машины? Он был не в себе, – сообщила Сабрина Кюппер, которая уже набрала три цифры на мобильном телефоне. – Абсолютно невменяем.
– Почему вы так говорите?
