Пойдем со мной полностью

Поскольку Кэрол стала первой жертвой серийного убийцы, твоя мотивация стала мне понятна. Ты не просто охотились за убийцей, ты охотились за убийцей своей сестры. Однако это открытие породило еще больше вопросов. Почему ты не рассказала мне обо всем этом? К чему эта ложь о том, что она утонула? Правда для тебя была настолько ужасна, что ты выдумала историю о несчастном случае, чтобы тебе не пришлось заново переживать все это, рассказывая о том, что произошло на самом деле?

Но я был твоим мужем, Эллисон. Твоя семья – моя семья, и не важно, жива она или нет.

Звонки в полицейское управление Вудвайна мало помогли. Убийство Кэрол Томпсон в 2004 году оставалось нераскрытым, и полиция не желала предоставлять мне какую-либо информацию, которая еще не стала достоянием общественности, поскольку технически расследование еще велось. Я сказал им, что состоял в браке с родственницей покойной, надеясь, что это сделает их более разговорчивыми. Они попросили меня предоставить ксерокопию моих водительских прав и нашего свидетельства о браке в качестве доказательства, что я и сделал, но взамен они прислали лишь сильно отредактированные копии старых полицейских отчетов. В этих отчетах мне не удалось найти никаких подробностей, которых не было бы в сети, за одним исключением: имя детектива, расследовавшего убийство Кэрол, не было удалено с одной из страниц – детектива с явно полицейским именем Питер Слоун. Я позвонил в полицию Вудвайна и попросил разрешения поговорить со Слоуном, но мне сказали, что он ушел на пенсию много лет назад. Когда я спросил, как я могу с ним связаться, мне сообщили (довольно кратко), что их политика запрещает разглашать такого рода информацию.

Тогда я обратился к помощи интернета. Начал с социальных сетей, но имя Питер Слоун оказалось достаточно распространенным. Проверить всех людей с этим именем было невозможно. Я уже был готов сдаться, когда другой Аарон напомнил мне, что в наши дни любого – абсолютно любого – можно найти в интернете в том или ином качестве. Я сузил поиск, включив в него слова «Вудвайн», «полиция» и «детектив». Поисковая система выдала газетную статью, опубликованную несколько лет назад, в которой подробно описывалось торжественное открытие паба под названием «Пистолетный Пит» в городке Суортмор, штат Пенсильвания. Согласно статье, владелец, Питер Слоун, был полицейским детективом в отставке из Вудвайна, штат Пенсильвания. На сопроводительной фотографии Слоун и его жена (согласно подписи) стояли перед таверной в баварском стиле, название паба было написано медными буквами на тонированном окне.

Я позвонил в паб и попросил женщину, которая сняла трубку, позвать Слоуна к телефону.

– Можно поинтересоваться, кто звонит?

Я представился и сказал, что являюсь родственником женщины, убитой в Вудвайне, штат Пенсильвания, в 2004 году.

– Мистер Слоун расследовал то дело, – объяснил я. – Я провожу собственное расследование и хотел бы с ним переговорить.

– Он ожидает вашего звонка?

– Нет, я его не предупреждал. Но я буду в вашем районе в скором времени и хотел бы договориться с ним о встрече. У меня есть несколько вопросов об этом деле.

– Он уже на пенсии, – сказала женщина.

– Вы менеджер? – спросил я.

Она рассмеялась, но в этом смешке, похожем на удар хлыстом, было мало веселья.

– Я его жена.

Я издал звук, свидетельствовавший о том, что она застала меня врасплох: из горла вырвался тихий хрип.

– Послушайте, – сказала она деловым тоном. – Он будет здесь завтра около полудня. Заезжайте на ланч. Я предупрежу его, что вы будете.

– Чудесно. Спасибо вам большое.

– Только не выводите его из себя.

Она повесила трубку, прежде чем я мог спросить, что она имела в виду.

«Пистолетный Пит» находился в торговом центре, словно сошедшем со страниц рекламного проспекта о горнолыжном курорте в швейцарских Альпах. Паб располагался между магазином матрасов и европейским бистро, и его легко можно было спутать с ломбардом и проехать мимо.

Я прибыл туда ровно в полдень, преодолев 115 миль менее чем за два часа. Это была типичная пивнушка для местных, с баром в центре и кабинками по периметру темного обшитого деревянными панелями интерьера. Перед стеной с телевизорами была сцена, на которой парень с собранными в хвост волосами настраивал звук на усилителе «Фендер», через плечо на ремне висела акустическая гитара. В заведении было довольно оживленно, большая часть бара и несколько кабинок были заняты мужчинами и женщинами в деловой одежде.

Я подошел к барной стойке, за которой парень лет двадцати протирал пивные бокалы полотенцем.

– Что вам налить? – спросил он. В его носовой перегородке была металлическая штанга.

– Пинту «Юнглинга», пожалуйста, – сказал я, кивнув в сторону пивного крана.