Я пристроился на край софы, а она принесла две рюмки и бутылку «Танкерей». Дрожащей рукой наполнила обе рюмки доверху. Ни льда, ни лимона, чистый прозрачный спирт до самого края. Сев напротив меня, она подняла свою, вылив большую часть себе на живот и на руку.
– За Маргарет! – сказала она. – Замечательная девушка.
Ее тост прервал тонкий писк – я сообразил, что пищит телефон Эйдана, – включилось подобие сирены, помогавшее хозяину в поисках устройства. Он, конечно, заметил пропажу и теперь пытался найти. Я нажимал все кнопки подряд, пока телефон не смолк.
– Надеюсь, вы извините меня за беспорядок, – продолжала Кэтрин, указывая на мятое тряпье у нас под ногами. – В этой глуши нет магазинов, так что я заказываю одежду онлайн. Трудно подобрать размер. Только методом проб и ошибок. Просто мне хочется хорошо выглядеть в такой важный день.
За какую-то минуту она сбросила с себя ступор и превратилась в оживленную, внимательную хозяйку. Дотянувшись через кофейный столик, взяла меня за руки, словно не желая отпускать.
– Простите, что я пряталась все эти дни. Доктор сказал, мне нужно набраться сил. Но раз уж вы здесь, чем могу помочь?
– Я хотел, если позволите, расспросить вас о будущем зяте. Завтра свадьба, а я его почти не знаю.
Кэтрин просияла:
– Он моя излюбленная тема. Спрашивайте что хотите. Я для вас – открытая книга.
– Я хотел спросить о слухах. О Дон Таггарт.
Она выпустила мои руки и откинулась назад:
– Что ж, вполне понятно. Я знаю, что говорит о нем ее семья. Но уверяю вас, он пальцем не тронул эту девушку. Он очень добрый. Чувствительный. Он будет верным и надежным мужем. Вам не о чем беспокоиться.
– Я днем встречался с Линдой Таггарт.
– Она дура.
– Что касается Эйдана, вы, может быть, и правы, но я не считаю Линду Таггарт дурой. Мне кажется, она просто запуталась.
– Это как?
– У Линды было обыкновение подглядывать за дочерью. Она следила за ней в телефоне. Поэтому точно знала, что Дон приезжала сюда, в «Бухту скопы». Это факт. Дон Таггарт навещала кого-то в этом лагере. И возвращалась домой с дорогими подарками и украшениями, так что ей пришлось объяснить, откуда они берутся. Она сказала матери, что видится с Эйданом Гарднером. И даже сфотошопила картинку, где они с ней вместе. Она придумала эту связь, потому что стыдилась сказать матери правду.
– Какую правду?
– Что у нее был роман с женатым мужчиной.
Кэтрин с улыбкой покивала, словно поощряла движущегося в правильном направлении ученика.
– Очень умно, Фрэнк, – сказала она. – Вы, должно быть, очень проницательны.
– Мне нужна правда. Эррол мог что-то сделать с Дон Таггарт?
– Мой муж? О нет, Эррол никогда никому не причинял вреда. Во всяком случае, своими руками. А теперь, если позволите, я еще выпью.
Я и не заметил, когда она допила первую рюмку. Трясущимися руками подняв бутылку и налив себе, она продолжила:
– У моего мужа очень старомодные взгляды на мужчин и женщин. Он их держит при себе, поскольку в наши дни приходится осторожничать. Интернет и все такое. Но если его немножко подпоить, он вам выложит все свои теории. Эррол полагает, что мужчины не способны к моногамии. Что эволюция предназначила мужчинам – особенно богатым и сильным – оплодотворить как можно больше женщин. Он уверяет, что они, титаны промышленности, все так делают. Джефф Безос, Билл Гейтс, все ваши кинозвезды, нападающие НХЛ и, разумеется, политики. – Кэтрин пожала плечами. – Как по-вашему, Фрэнк, он прав?
Я ответил, что так не думаю. Что уверен: хватает богатых и сильных мужчин, которые не изменяют женам, – но, когда она попросила привести пример, я ни одного не сумел вспомнить. Может, Том Хэнкс? Джимми Картер? Мистер Роджерс?[60]
– Ну, будь у моего муженька капля здравого смысла, он бы пользовался эскорт-услугами. Все его друзья так поступают. Наш адвокат Джерри так и познакомился с двадцатилетней невестой. Этот сервис поставляет юных красавиц по всему свету – даже сюда, в Хоппс-Ферри. Но мой муж терпеть не может за это платить. Ему по душе азарт охоты. Ему нравится чувство борьбы – чем запретнее и незаконнее, тем лучше. Здесь перебывали десятки женщин, Фрэнк. Если не сотни – не знаю. Не упомню, сколько раз я проверялась на венерические заболевания, – вы не представляете, как это унизительно. – Она потянулась к приставному столику за полупустой тарелкой каши – размокших коричневатых хлопьев, плавающих в дюйме теплого молока. – Простите, я доем, вы меня застали посреди ужина. О чем это я говорила?
– Как ваш муж познакомился с Дон Таггарт.
