Роза Керрия поведала мне, как пришла к своему решению. Она призналась, что до болезни очень гордилась своей внешностью. Это меня изумило.
– Ты никогда не казалась мне тщеславной.
– Дело не в тщеславии, – ответила она. – Я не придавала этому значения в отношениях с окружающими, но для меня самой красота была очень важна. Я никогда не забывала выщипывать брови и чернила зубы каждые четыре дня. Однажды ты заметила, что кожа у меня похожа на свежий персик, и я дорожу этими словами больше, чем всеми стихами, которые ты мне присылала.
Ее откровенность заставила меня улыбнуться.
– А главным моим занятием, – продолжала подруга, – являлось создание красивого окружения для себя. Я проводила время, выбирая цвета для нарядов, составляя ароматы для благовоний, а также упражняясь в каллиграфии, чтобы почерк всегда соответствовал настроению пятистишия. Мне казалось, что подобные вещи делают жизнь прекрасной и осмысленной.
– Они и впрямь помогают, – вставила я.
– Но этого недостаточно, – возразила Роза Керрия. – У тебя есть дочь. Вот ради чего стоит жить. Хотя мысль о замужестве мне претит, я всегда буду сожалеть о том, что осталась бездетной. Я пресытилась страстью. Волнение, которое приносит с собой влюбленность, мгновения тайной близости, муки ревности и слезы при расставании, – чтобы познать любовь, вовсе не нужен мужчина.
– Но когда ты заболела, что‑то изменилось?
Катако, гулявшая по галерее, пыталась приманить крошками воробьев. Роза Керрия взглянула на ребенка и вздохнула.
– Да. Я очень страдала и не сомневалась, что умру. Какое‑то время я, должно быть, была в бреду, ибо не помню, сколько дней прошло. Потом жар наконец спал, и выяснилось, что я все‑таки жива. Я очнулась и обнаружила, что внешность моя изменилась. Теперь у меня была изрытая оспой кожа, как у какого‑нибудь адского демона. Мысль о том, что я продолжу проводить дни, создавая красоту, показалась мне нелепой. – Роза Керрия медленно открывала и закрывала тяжелый веер, который держала в руках. Ее красивые белые руки оспа не тронула. – Я единственный оставшийся в живых ребенок своих родителей. Ты ведь помнишь, что мы с тобой познакомились в храме, куда пришли поминать наших сестер, скончавшихся почти одновременно. Мои мать и отец давно отказались от попыток уговорить меня выйти замуж; похоже, они счастливы, что у них вообще есть потомок, какой бы никчемной дочерью я ни была. Им не понять, почему я, оставшись в живых, страдаю от этого.
– Да, разумеется, – сказала я. – Они решили, что их молитвы были услышаны, раз ты выздоровела, и потому твое желание отречься от мира стало для них жестоким ударом. Я понимаю их чувства, как понимаю и твои. Я и сама подумывала о том, чтобы предаться благочестивой жизни, хотя в моем случае это нецелесообразно, особенно учитывая, что моя дочь еще очень мала.
На галерее вдруг началась оживленная возня: старый садовник, помогавший Катако приманивать птиц, плюхнул на землю корзину, в которую угодила‑таки пара воробьев. Восхищенная малышка примчалась к нам, умоляя оставить ей воробьев в качестве домашних питомцев.
В комнате и саду Розы Керрии все свидетельствовало о ее утонченном вкусе. Мягкие шелковые занавеси пестрели криволинейными разводами, напоминающими срез древесины, а полностью поднятые бамбуковые шторы, обрамляющие вид на сад, были отделаны идеально подобранным по цвету китайским шелком с узорами в виде ромбов. Клены за окном напоминали парчовую ткань насыщенных рыжих, золотистых, желтых и темно-красных оттенков. На темной глади пруда кружилась россыпь ярких листьев. Стоявшая на циновке между нами печь-
Однако красота окружающей обстановки, по сути, лишь подчеркивала то, о чем говорила моя подруга. Что может быть эфемернее кленовых листьев, умирающих в алом пламени? Шелка пылятся и ветшают, благовония улетучиваются вместе с дымом. Порой бессмертие обретают стихи, но куда чаще чувства, которые мы стараемся выразить столь искусственным образом, теряют смысл, после того как человек, которому мы писали, уходит из жизни. Истинная красота преходяща. В жизни каждого может наступить миг, когда ее окажется недостаточно, чтобы справиться с тщетой сущего.
