Мы получили весьма любопытное письмо от отца, который только что встречался с одним из императорских посланников, возвращавшимся в столицу после объезда восточных провинций. Следуя по обширной долине Суруга, посланник увидел, как над священной горой Фудзи поднимаются столбы дыма. Люди сообщили ему, что гора издает зловещие звуки и всем страшно. Позднее чиновник проснулся посреди ночи от ужасного грохота, раздавшегося на некотором расстоянии от постоялого двора. Посланник не раздумывая выскочил на улицу – и как раз вовремя: он увидел огненные струи, которые вырывались из вершины горы и стекали по склонам. Деревенские жители вокруг кричали и плакали, хотя исступленное буйство горы, находящейся на противоположном краю долины, вроде бы не представляло для них непосредственной опасности.
Когда посланник собрал вещи и снова двинулся в путь, воздух был насыщен неприятным сернистым запахом. Небо не прояснилось даже к рассвету и весь день было затянуто дымом из горы. «Кажется, именно так может выглядеть путешествие души по аду», – сказал этот человек отцу. И действительно, описание огненных струй, дыма и обезумевших от страха людей, выскакивающих из домов, словно было взято прямо у Гэнсина [56], живописующего ад.
Примерно в начале лета я стала чувствовать себя неважно. Вместо того чтобы вставать спозаранок, я, свернувшись клубочком, лежала за опущенным пологом, пока солнце не поднималось совсем высоко. Потом медленно одевалась, ощущая легкую слабость, и выбиралась на галерею подышать свежим утренним воздухом сада. Нобутака обратил внимание на мою вялость и послал за своим лекарем, чтобы мне назначили лечение. Тем временем я заметила среди пышно цветущей сакуры одно-два дерева, напоминающих этидзэнскую «березовую вишню», и решила расспросить о них Нобутаку. Я поставила изящную вишневую веточку в вазу, но лепестки почти сразу осыпались, и мне пришлось заменить вишню прямыми узловатыми персиковыми ветками, на которых только‑только начали распускаться бутоны.
После совещания с лекарем Нобутака вернулся и увидел вазу с цветами. Я рассказала ему, что произошло с лепестками сакуры, и показала свое пятистишие. Он ответил:
Мы сошлись во мнении, что сакуру чрезмерно превозносят. Есть много других чудесных цветущих деревьев, о которых редко слагают стихи. Китайцы высоко ценят как нежные белые цветы груши, так и стойкий персиковый цвет. Почему же мы восхваляем только сливу и вишню? Ведь после того, как их лепестки, колеблемые вечерним ветерком, осыплются, груша и сакура делаются почти одинаковыми.
Поговорив с Нобутакой, лекарь навестил меня. Я чувствовала себя еще более вялой, чем обычно, и беседовала с ним из-за прикрытого полога своего ложа в восточном флигеле. Лекарь попросил меня протянуть ему руку, чтобы он мог пощупать пульс. Потом спросил, не снились ли мне недавно кошки, осторожно отпустил мою руку, откашлялся и заявил:
– Судя по тому, что сообщил мне ваш муж, госпожа, и по очевидным признакам смиренно предположу, что вы беременны.
Оказавшись в положении, я самого начала ощущала такую слабость, что едва могла держать кисть для письма. Нобутака волновался и заставлял лекаря готовить всевозможные снадобья, но лучше мне не становилось.
– Как странно, – тревожился муж, – с другими женами ничего подобного не происходило.
Он проявлял трогательную заботливость.
Я понимала, что в таком положении следует ожидать легкой тошноты, однако тяжесть моего состояния казалась мне чрезмерной. Я совершенно не переносила некоторых запахов, особенно маслянистых, которые вызывали у меня рвоту. Иногда немного помогал кислый маринованный абрикос, который надо было подержать во рту.
Кроме того, я впервые в жизни начала страдать страшными головными болями. Мне чудилось, что я не выживу, если не избавлюсь от них. Лекарь решил, что я одержима злым духом, и Нобутака нанял священнослужителей, чтобы они прочли надо мной заклинания. Их усилия принесли некоторую пользу, и я принялась с удвоенным пылом возносить молитвы Каннон, бодхисаттве милосердия.
Как раз тогда сгорел императорский дворец, и муж оказывал помощь в переселении двора во временную резиденцию. Никто из важных персон не пострадал, однако погибло много вещей. Нобутака ежедневно справлялся о моем состоянии.
