– Недавно придумал: книжные слова – это просто ил и песок для динозавра-события или динозавра-идеи. Писатель должен уметь засыпать этим своего динозавра. Чем больше он, тем больше должен быть наносной слой. И чем быстрее останки их попадут в наносной слой, тем лучше сохранятся. Органика заместится минералом, ну а будущее докопается. Как тебе?
– Ты уже похож на зануду, остановись.
Разговаривать с Ариадной было легко. Джеки лишь немного тормозил там, где их бэкграунд расходился. Вот описание у нее в тиндере: «Я – твой энергоблок, ты – мой Легасов. Люблю высоких, они ближе к Иисусу. Есть: ЧЮ, мейн-кун, гетерохромия. Нет: занудства, комплексов, аппендикса». Что-то здесь было из области свежих мемов, что-то от сериалов, но Джеки не знал и копать не хотел.
– Просто, кхм, мне кажется, что художнику легче работать, – сказал ей тогда Джеки. – Он рисует красками и говорит словами. Инженеру легче: он проектирует в «автокаде» и говорит словами. Музыкант создает нотами и говорит словами. Но только писатель и работает словами, и говорит словами, он больше всех марает свой рабочий инструмент о повседневность. Значит, ему надо учиться обкатывать свой язык одним боком об людей, а другой бок драгоценно беречь, понимаешь? А это шиза.
Для Джеки это была ценная мысль. Он ее долго обкатывал в голове, но еще никому не произносил. Потому ему стало обидно, когда посреди тирады Ариадна сунула трубочку коктейля в рот и обвела глазами зал: ей скучно. Еще пива, махнул официанту Джеки, и лицо его расслабилось. Не та девушка, чтоб выкладываться. Не та, зато одна и та же история. Впрочем, Джеки оказался прав наполовину, ведь они с Ариадной встретились еще три раза, но встретились от скуки…
…Джеки приготовился слушать умозаключения последнего на сегодня клиента об идеальном звуке, но тот побрел к выходу. Ну и славно! Пусть бьется лбом в свою «Стену» в другом месте, и наушники ему не те, и кабель не по науке посеребренный.
С типом № 4 одновременно и легче всех, и тяжелее.
«Четверка» знает все модели аудиотехники и их характеристики получше консультантов, мониторит свежие обзоры на ютубе, бывает на ежегодных выставках техники Hi-End. «Кайин», «магнат», «динаудио», «дэн кларк» – для аудиофила в этих именах есть
Специалист Петров, старожил «Аудиоквеста», любил повторять, что у всех консультантов для демонстрации компетенции должно быть хорошо с физикой и отлично с математикой, ведь математика – царица всех наук… «Но – сучка философии!» – добавлял непременно Маркович.
Тип клиентов № 3 надо просвещать, приятно убеждать, предлагать аналоги и закреплять информацию. № 2 звук не понимает; его больше привлекает ощущение вещи, его подавляют строгие грани авиационного алюминия, солидные кубы выпрямителей тока, шлифованные кнопки и мерцающие дисплеи ресиверов, катушки позолоченных кабелей, внутриканальные мониторы, изготовленные по слепку ушной раковины. Тип № 2 накрывает вал престижа этой изощренной техники. Тут эмоции и минимум слуха.
У типа № 1 денег нет. Обычно он направляется из независимого книжного слева либо идет в коворкинг-кофейню справа. В этот специфический магазин для ценителей музыкальной техники первый тип забегает, чтобы взглянуть на ценники и на пестрые стеллажи винила. Он даже не знает, что может попросить послушать любую штуку здесь. Ради него консультант выслуживается редко.
Ариадна у Джеки была первого типа.
В том книжном пила кофе, в той кофейне читала.
– Как твой день?
– Сегодня продали онлайн восемь топовых «сенхейзеров». Причем до обеда. Ни Маркович, ни Махен – это мои коллеги – не могли клиентов разговорить: почему именно эта модель? А тут ближе к шести у нас на сайте в комментах пишут, что с этими наушниками стримил Егор Крид. Ну и вот. Мы выпали, конечно. Для музыки фанатов Егора Крида такая техника не нужна. Их и подключать надо к мощному источнику, а не к смартфону. Глупость от подражательства.
– Дорогие?