Окинув ясным взором лабораторию, он заметил те изменения, что принесло его отсутствие: в том углу, где раньше находилось бездыханное тело Константина, теперь виднелось лишь кровавое пятно, а от капсулы, в которой должен был находиться Вильгельм, исходило странное свечение и испарения. Возжелав изначально проверить отсутствие учителя, Леонард почувствовал, как с каждым шагом, что он совершает, за ним так же тянутся четыре еще пока непонятные ему сущности. Они будто нитками были пришиты к его спине. Обернувшись, он, наконец, понял в чем дело: то были клинки Легиона. Когда он их увидел, то ему вновь стало плохо, на этот раз тело просто обрушилось сначала на колени, отказываясь подчиняться, а потом и вовсе сжалось в позе эмбриона, в надежде никогда больше не видеть этого. Но буйные и тревожные мысли постепенно стали сменяться голосами, «их» голосами: Отто, Анна, а затем и Лиза, все они будто пытались его успокоить. Ничего внятного он разобрать не мог, но в его голове начали появляться те воспоминания, что были ему так дороги: воспоминания о совместно проведённом времени. Первый урок от Отто, чтение стихов с Анной, даже, казалось, уже давно забытая им почти постыдная сцена примерки всяких нарядов с Лизой.
Леонард явно чувствовал и осознавал, что эти послания сейчас исходят именно от этих трех клинков. Как будто там внутри и правда кто-то до сих пор есть. Но всем им явно не хватало еще одной составной части. Громко заявив о себе, с треском вырвавшись из прежних оков капсулы, к Лео внезапно прильнул и новый клинок. Последовав его примеру, остальные так же уверенно обхватили Лео и подняли его на ноги. Более не видя в них лишь жалкие пародии и оболочки своих прежних друзей, уже он схватил их всех и крепко обнял, давая волю новой волне слез:
– Вы все, вы все… вы все здесь! – он сжимал их с такой силой, что чувствовал очередные сигналы от них, так как они переживали, чтобы он случайно не порезался об их острые кромки – Глупые! Пусть даже из-за этого вы изрежете всё моё тело на кусочки! Я не почувствую и каплю боли, мне гораздо важнее, что вы сейчас рядом!
Он больше не плакал, вместо этого он уже заливисто смеялся, так, будто снова встретил друзей, которых давно не видел. Слишком давно. Незаметно для себя, с легкостью принимая эту новую часть себя, он поспешил с ними вместе кое-куда направиться. Нет, он более не желал идти по последним стопам своего учителя. Видя, какой толстый кровавый шлейф тот оставил за собой, он, с горестью для себя, понимал, что Константин из последних сил попытался скрыться от него, желая умереть в одиночестве. Сколько же таких одиноких и укромных мест было у этого человека? Неужели, даже находясь среди всех своих учеников в этом приюте, он до сих пор мог чувствовать себя одиноко? Леонард, пока что, и не надеялся найти ответ на эти вопросы, но, завидев, книжку с судьбоносным названием, просто не смог устоять:
– «Дневник» – прочитал он.
Это была достаточно увесистая, хоть и небольшая книжка в кожаном изветшалом переплете. Пролистав её, он понял, что написана она была всего за пару дней впопыхах. Кое-где чернила протекли прямо на бумагу, некоторые страницы были выдраны, много чего было перечеркнуто или исправлено. Последний труд Константина внешне выглядел нелепо, собственно, как и он сам в свои обычные дни.
– Прочту позже, пока что, у меня есть одно важное дело – захлопнул дневник Леонард и направился наружу.
Бродя в полном одиночестве, по лишенному звуков и красок приюту, Леонард часто останавливался в ранее знакомых ему местах, где его окутывали воспоминания о том, как всё здесь происходило раньше. Вот из соседней двери выскочил обеспокоенный Вильгельм, а вот уже и сам Лео сонно выглядывал из другой двери, будучи разбуженным своим шумным другом. Еще на входе в столовую он пересекся с учителем, который нёс перед собой огромную стопку из книг, а потому почти ничего не видел. Леонард даже машинально остановился и пропустил этого призрака прошлого перед собой. Когда же он распахнул массивные двери в столовую, то на секунду ему удалось узреть её такой, какой он её раньше в жизни не видел. Она была вся забита людьми: все прежние ученики решили напоследок навестить это место и устроить один огромный и шумный пир. Но только стоило ему на секунду перевести взгляд, как тут же всё улеглось. Лео беспомощно стоял посреди огромного помещения, предназначенного для пропитания сотни человек, пока сзади с такой же болью и досадой слегка вибрировали и его клинки.
– Значит, и вы это помните? То обещание, что мы всегда давали, когда впервые оказывались здесь? – меланхолично вопросил у своих немых друзей Лео – Тогда передайте им, что я еще немного…. Чёрт, что я несу!? Я же вовсе не хоронить «вас» туда иду, скорее просто вынести самому себе предупреждение.
