Снова заболтало самолет, заорали аварийные сигналы, и кислородная маска выпала прямо перед лицом Ральфа. Бонк ладонями впился в жесткие подлокотники, мотнул головой – на лбу выступил пот и разъедал глаза.
– Где она, отвечай! – приказал он отражению.
– Ральф! – закричал Ник, а Бонк услышал сестру. Так явственно, будто она стояла за его плечом.
– Всё в порядке, – сквозь зубы ответил Ральф, чувствуя, как выравнивается в воздухе самолет.
– Алиана? – с надеждой спросил его Фостер.
– Не отвечает, – Бонк дернул щекой, так тошно ему было лгать. Только правда окончательно добьет Ника.
Ани ответила. «Убирайтесь», – приказала она.
В Рудниках их действительно встретили. Машина подъехала прямо к трапу самолета, и они сразу в неё сели. Бонк даже замерзнуть толком не успел. Обувь, зимняя куртка, шапка, теплые штаны – всё лежало тут же, на заднем сидении. Их обеспечили всем.
Пара часов, и он будет дома. Обнимет отца, поцелует мать, только сейчас младший Бонк понял, как сильно по ним скучал. И с другом родителей познакомит. Мама всё переживала, что после смерти Рэндольфа, Ральф не сошелся ни с кем из сверстников. Вот, сошелся. Живой человек, а не призрак погибшего брата в отражении…
Ральф скинул обувь, и сам себя подбодрил: может, и Ани в крепости? Было бы неплохо.
Фостер уже шнуровал высокие ботинки, а Ральф завис, даже штаны не натянув, – в окно посмотрел. Маленький город вырос всего за год с небольшим. Надо же какой толчок дали ему военные – здесь теперь стоял гарнизон. Интересно только зачем? За лесом северное море, и напасть с той стороны даже безумцы не смогут – скалы. И не только скалы – пройти через Эдинбург при неработающей навигации непосильная для человека задача. Тут же даже компас не фурычит.
– Ник? – тихо позвал он друга и кивком показал на городской пейзаж за окном.
Младший Холд отвлекся от своего занятия и, нахмурившись, ответил:
– Я тоже заметил изменения, и пока не знаю, что тебе на это сказать.
– Изменения? – сощурился Бонк.
– С лета, – кивнул Николас.
Ральф медленно выдохнул. Нервничать бессмысленно. Лучше вон влезть, наконец, в штаны. Бонк затянул ремень, ну как смог: ещё то удовольствие одеваться сидя, и, окончательно успокоившись, спросил:
– И что ты делал летом в Эдинбурге?
Фостер убрал шнурки в голенище и с каменным лицом заявил:
– Грибы собирал.
Ральф опешил, впервые за долгое время не найдя, что сказать. Николас, собирающий грибы в Эдинбургском лесу – воображение отказывалось это представлять.
– Шутишь? – отмер Бонк.
Фостер стащил с плеч китель и, нырнув в горло тонкого шерстяного свитера, затрясся от беззвучного смеха. И Ральф тоже хохотнул, даже в шутку дубасить друга не стал. Пусть смеется, ради такого дела он ему даже издевательство простит. Ник отдернул свитер, в считанные мгновения вновь став абсолютно серьезным. На лицо его упала тень, и Бонк подобрался. Что Николас скажет ему теперь?
– Я был в крепости, – пояснил Ник. – У госпожи Арианны. Как целитель был.
– И … как? – Ральф сглотнул, заталкивая давно уснувшую, а теперь, после слов Николаса, рвущуюся отчаянную надежду в дальний пыльный угол подсознания. Сознание-то давно смирилось с тем, что матери никто не мог помочь.
– Никак, – тихо ответил Фостер и добавил, к удивлению Бонка: – Я потому и не говорил.
– Понял, – кивнул Ральф и вновь уставился в окно, сдерживая тяжелый вздох, не желая делить боль с другом. У всех свои трудности. Фостеру тоже отнюдь нелегко.
Ник положил ладонь ему на плечо и крепко сжал. Ни слова не сказал, но они и не нужны были молодому Бонку. Достаточно понимать – он не один.
Дорога свернула, машину занесло на повороте, и Ральф напрягся: слишком рано они ушли с маршрута.
– Прошу прощения, – извинился перед ними водитель, и Ральф поймал его заинтересованный взгляд в зеркале заднего вида. – Дороги плохие, под снегом гололедица.
– Север, – рассеянно ответил ему Ральф и, нахмурившись, обратился к другу. – Мы разве не в крепость едем?
– Лейтенант? – вздернул бровь Фостер.
– Мне приказано отвезти вас в часть, господин Холд, – спокойно ответил мужчина, только руки его чуть крепче сжали руль.
– Остановите машину и объяснитесь, – распорядился Николас.
Мужчина послушал. Сбавил скорость и съехал на обочину. Заглушил двигатель и повернулся боком, так, чтобы Ральф с Ником его видели.
– Это распоряжение начальства. В крепости произошло возгорание. Пожар обширный, спецслужбы еще не затушили огонь, мы будем мешать.
– Пожар? – вскинулся Ральф. – Замыкание? Что произошло? Все живы?
– Не могу знать, – коротко ответил военный. – Крепость давно обесточена, патруль следил, чтобы к зданию не подходили, но пустая крепость могла привлечь подростков.
– Подождите, о чем вы?! – заискрился Ральф. – Почему крепость пустая? Где Бонки? В Рудниках? Переехали?
Мужчина дернулся, не сумев сдержать страх.
– Спокойно, Ральф, – приказал Ник и мягко сказал военному: – Мой друг – одаренный, он может управлять электричеством. Иногда электричество управляет им. Вас не предупредили?
