— Извини. — И продолжила рассказ об СК так, словно вовсе не прерывалась, — В общем, понятно, что я оттуда ушла, едва диплом написала. С третьего курса пыталась наскрести хоть примерные координаты, но перед дипломом поняла, что так я университет не закончу. И без того на мои курсовые сквозь пальцы смотрели, особенно... А, не важно. В общем, написала чушь про спутники, получила свою бумажку с отличием. Может, мою чушь даже применяют, не знаю, не интересовалась, потому что в тот же день сбежала в ГИСПТ. Может, мои нынешние коллеги и не самые смелые люди в Эндаалоре, но тут хоть какие-то перспективы есть. Жаль, что их трусость распространяется и на новые идеи.
— Новые? — тихо переспросил Акайо, когда стало понятно, что Таари продолжать не собирается.
Она отрывисто кивнула.
— Я тебе уже говорила. Если моя теория подтвердится, о ней все узнают. А пока, если ты не видишь ее в моей диссертации, значит, ты не готов о ней думать.
Он молча опустил голову, принимая ее ответ.
— Зачем нам в музей? — подал голос Иола. — Мы можем рассказать...
— А сшить? — перебила его Тэкэра. В новом облике и с женским именем она стала куда смелей, чем был Шоичи. — Нам нужны костюмы, а не их описания. Настоящие, которые надеть можно.
— Именно, — улыбнулась Таари. — Так что готовьтесь. В ближайшие дни у нас будет очень много дел.
То, что музей расположен в каком-то необычном здании, Акайо, единственный, кого Таари взяла с собой, понял еще по дороге. Вроде бы они не покидали город, во всяком случае, дома не становились постепенно реже и ниже, и деревья не появлялись, но вдруг, будто прямо посреди жилого района, стало пусто. Машина зарычала сердитым зверем, преодолевая крутой холм, покатила дальше по черной земле, не похожей на нормальное дорожное покрытие. Акайо, впервые со времени памятной поездки с Лааши сидящий на переднем сидении, оглянулся и несколько секунд смотрел, как удаляется город, растворяясь в легкой пыли, взлетающей из-под машины.
— Мы едем по пеплу? — неуверенно спросил Акайо, снова садясь прямо, и замер. С трудом заставил себя закрыть рот, но стереть с лица выражение детского изумления так и не сумел.
Перед ними вздымалось огромное круглое здание, темное, словно обгорелое, местами ржавое, но макушка его все еще блестела на солнце. За шаром возвышалось несколько похожих сооружений поменьше.
Акайо сморгнул, пытаясь понять, где видел подобное, но Таари не дала ему времени вспомнить самому.
— Это место Высадки. Музей сделали из наших кораблей, даже землю и копоть убирать не стали. После дождя здесь лучше пешком не ходить, утонешь в грязи.
Акайо снова оглянулся, пытаясь прикинуть, сколько бы пришлось идти пешком не от дома даже, хотя бы от земляного вала, окружавшего выжженную площадку. Выходило не так уж далеко для солдата, привыкшего мерить свою страну дневными переходами, но очень много для эндаалорцев. Неужели кто-то все-таки ходит сюда пешком?
Таари, догадавшись о причинах его недоверчивого молчания, рассмеялась.
— Сюда даже из ближайших домов на машинах приезжают, но между корпусами все-таки проще ходить своими ногами. Хотя вообще так хранить свои достижения — глупость. Если сухо, пеплом надышишся, если влажно, весь в грязи будешь.
Акайо промолчал. Ему нравилось то, как здесь почитали предков и казалось, что сделать музеями корабли, в которых эндаалорцы прибыли на планету, правильно и красиво. Как сохранить сломанный меч погибшего деда, уже не могущий служить оружием, но ставший напоминанием о его доблести.
Таари остановила машину у крутого ската, ведущего к дверям.
— Пошли, найдем нашу провожатую и прогуляемся.
Однако искать никого не пришлось, их уже ждали у дверей. Провожатой оказалась старуха, круглая, как сам музей, но едва достающая Таари до плеча, кажущаяся совсем крохотной на фоне величественного корабля.
— Добрались наконец-то! Таари, детка, как ты изменилась! Я всегда говорила, что СК — это не то, что нужно такому живому уму, как твой. О, и мальчика завела! Настоящий кайн, да? Конечно, ты у нас вся в отца!
Таари покраснела, Акайо, мало что понявший из монолога, вежливо поклонился старухе — и как старшей, и как той, которая давно знала его хозяйку. Та, разглядев наконец ошейник, всплеснула руками.
— Ну надо же! Раб. Таари, ты все-таки завела гарем?
— Да, для диссертации. Вы же знаете, бабушка П’Ратта, без тех, кто зависит от соискателя...
— Знаю, знаю! Я еще в свое время кандидатскую хотела защитить на тему того, как это мы до сих пор живем по корабельным правилам. Так и сижу с тех пор дура дурой, без степени.
И рассмеялась, будто не было на свете ничего более веселого, чем не защищенная диссертация.
