Он послушно подошел, опустился на пол возле ее кресла. П’Ратта фыркнула, Акайо даже не стал поднимать глаза. Вместо него пояснила Таари:
— Ему так удобней, — запустила пальцы ему в волосы, чуть сжала на затылке, еще не вынуждая откинуть голову, но уже заставляя невольно напрягать шею… Отпустила. Глубоко вдохнула, успокаиваясь. Засмеялась. — Ну все, отмирай давай. У нас все-таки дела.
Он опустил взгляд, взял поданную старушкой чашку. По спине пробегали мурашки от близости знакомой, приятной, но все равно пугающей беспомощности.
— Хороший мальчик, — тепло похвалила П’Ратта. — Вы с ним друг друга стоите — он будто бы не для того садится на пол, ты будто бы не для того ему ладонь на голову кладешь. Ты не думала?..
— Да, — Таари быстро кивнула. — Просто не сейчас. Я все-таки надеюсь защитить диссертацию.
— Ну как знаешь, — немного разочарованно вздохнула П’Ратта. — Ладно, давайте правда про дело. Тебе нужно десять костюмов, да? Один женский, девять мужских, я правильно поняла? Давай тогда хотя бы для женского с тебя мерки снимем, объяснять будет проще.
— Не совсем так, — улыбнулась Таари. — Для меня один из мужских, женский для Тэкеры. У меня, понимаете ли, среди девяти купленных рабов много сюрпризов оказалось. В том числе трансгендер.
— Бедная девочка! — ужаснулась П’Ратта. Похоже, для нее вопроса, в каком роде говорить о человеке, который все еще биологически остается мужчиной, но считает себя женщиной, не возникало. — Как она в Кайне выживала? Еще и солдатом небось была, кошмар какой. Железная выдержка у бедняжки. Но вот с костюмом будут проблемы, вряд ли она сейчас выглядит так, как можно выглядеть в женском кимоно…
— Да нет, у нее вполне женственная внешность. Потом она и оперироваться хочет, а пока пьет гормоны. К отправлению вряд ли кто-то заподозрит в ней биологического мужчину.
Акайо слушал, дополнял недописанный в свое время свиток и отчаянно пытался уместить все это в голове — не факты даже, отношение. То, что он должен был повторять себе каждый раз, глядя на Тэкэру, то, к чему так и не привык Джиро, для этих женщин было нормой.
Это было… Пожалуй, красиво. То, насколько уважительно здесь относились к тому, кем человек сам себя чувствует, кем себя считает.
На этом фоне появилась странная мысль — а есть ли у Эндаалора армия? И если есть, то, выходит, здесь взрослые, сами за себя решающие люди просто выбирают это? Не потому, что это долг и традиция, а потому, что это их собственное желание?
Акайо смотрел на чай, колышущийся в крохотной чашке в его руках. На поверхности отражалось привычно спокойное, без следа внутренних терзаний, лицо.
Интересно, каким бы он был, если бы родился в Эндаалоре?
Он вздохнул, опустошил чашку несколькими долгими глотками. Успел оценить — чай очень хороший, лучше, чем покупала Нииша. Жаль такой напиток пить так быстро. Зато удалось выбросить из головы бессмысленные размышления.
Он был тем, кем был. Это была его жизнь, и это было хорошо. Во всяком случае, правильно.
— Смотри, выкроек у меня немного, и в основном мужские, — озабоченно говорила тем временем П'Ратта. — Мало кто занимался, сама понимаешь, народ больше собой увлечен или в лучшем случае Праземлей. У нас и выставка-то раз в десять меньше, чем могла бы получиться, если бы кто-то взялся разобрать запасники. Меня одной для этого совершенно недостаточно.
— А может ты нам вместо выкроек что-нибудь из запасников дашь? — предложила Таари.
П'Ратта, к удивлению Акайо, не отказала, а рассмеялась.
— Умеешь ты уговаривать! Ладно, почему нет, там многому даже номера не присвоены. Но ты все-таки постарайся вернуть эти тряпки и порадуй меня положенным запросом. Я, конечно, признанный эксперт по кайнам, мне и не такую пропажу простят, но все-таки не хотелось бы расстраивать О'Лвани. Он, знаешь ли, даже улыбнулся, когда нам все эти сокровища привезли.
— Ради него я постараюсь не только одежду вернуть, но и самой из Империи вернуться, — притворно серьезно отозвалась Таари. — Нельзя такие редкие вещи, как улыбка дяди О'Лвани, пропускать.
— Ну не такая это уже редкость, на самом деле. Ты же его лет пять не видела, да, девочка? Все-таки замечательная из тебя вышла затворница, знала бы — поспорила бы с Авани хоть на пару кредитов. Она-то думала, ты быстро в институт вернешься — всю жизнь же среди людей была, мало кто может работать дома. А ты...
Акайо слушал, как они обсуждают вперемешку общих знакомых, экспедицию, покрой костюмов и цены на планшеты, постепенно теряя нить разговора. В конце концов смирился, разложил по полочкам полученную информацию. Поморщился. Представил, как вытаскивает из сердца застрявшую в нем иглу, выкинул щелчком на дальние пределы самого себя, жалея только, что не может избавиться от нее насовсем.
Все-таки ему очень хотелось, чтобы Эндаалор был чуть-чуть более идеальным. Если уж они ко всем относятся с таким уважением — почему не сделать то же самое для Империи? Да, наверное, и сам Акайо, и все его соплеменники были в глазах эндаалорцев дикарями, но если уж они не стали переделывать их всех — можно же относиться хоть чуть серьезней.
