Река теней полностью

— Волшебница вполне могла солгать — особенно, если она надеется застать Аруниса врасплох. Более того, зачарованный поток все еще может течь, и он разгонит их быстрее любого ветра. А что, если и то, и другое верно? Боюсь, чтобы быть уверенным в побеге, вы должны уехать завтра до наступления сумерек.

— Завтра! — закричали остальные.

— Но это потрясающе! — сказал Чедфеллоу. — Как вам удалось убедить Иссара вообще согласиться на наш отъезд? Зачем ему соединять потерю Нилстоуна с потерей Великого Корабля?

— Потому что он загнан в угол, — сказал Олик. — Вызвать неудовольствие Макадры даже в незначительном вопросе вполне достаточно, чтобы решить его судьбу. Я предложил ему надежду на выживание, и он ухватился за нее обеими руками. Что касается корабля, то его ремонт, по существу, завершен. Более серьезная проблема — припасы. Люди Ваду́ еще не начали запасаться едой, водой, веревками или тканью. За исключением бочек из Нарыбира, трюм, в основном, пуст. У нас также не будет времени должным образом загрузить свежую еду или собрать достаточно консервированных продуктов для месяцев в море. Будет достаточно сложно заставить ваш экипаж вернуться с Турнирного Плаца на корабль и поработать над такелажем. Боюсь, вам придется балансировать груз в пути.

— Но мы не можем просто уплыть и оставить Нилстоун Арунису! — сказала Таша.

— Я очень надеюсь, что вам не придется этого делать, — сказал Олик. — Мы уже начали обыск Нижнего Города, дом за домом. Непростая задача: армия Масалыма невелика, а паника, вызванная нухзатом, уже привела к дезертирству. Тем не менее, если Арунис в Нижнем Городе, мы его найдем.

— Мы поможем вам, сир, — сказал Пазел.

— Не будь дураком, — сказал Чедфеллоу. — Ты слышал, что Герцил сказал об ужасе в порту. Наши лица только усилят хаос, и Арунису будет намного легче узнать о нашем приезде.

— Доктор совершенно прав, — сказал Олик. — Но, как только мы загоним Аруниса в угол, это будет другое дело. Я буду рад вашей помощи, если дело дойдет до битвы.

— Дело дойдет до битвы, — сказал Герцил — сейчас или позже. Но, сир: и поиск, и битва были бы легче, если бы у меня был Илдракин. Вы должны снова допросить Ваду́. Я рассказывал вам, как опередил его солдат перед тем, как нас посадили в тюрьму, и поместил меч прямо внутри магической стены. Но сегодня утром он исчез, и, как вы знаете, в стене зияет неровная дыра.

— Ваду́ не скрывает, что вырезал эту дыру собственным клинком, — сказал Олик. — Он гордится этим поступком.

— Как он и должен, если вытащил Илдракин через поврежденную стену, — сказал Герцил. — Я не видел никаких признаков меча ни в большой каюте, ни в какой-либо из малых. Фелтруп вообще никогда не видел меча, и, хотя он разговаривал с Энсил и другой женщиной-икшель, я не видел ни их, ни кого-либо из их народа. Какова бы ни была правда, я должен вернуть Илдракин, ибо он был доверен мне Маисой, законной императрицей Арквала.

— И все же он был выкован здесь, в Дафвни-Под-Землей, — сказал принц. — Еще один признак того, что разделение наших двух миров приближается к концу.

— Каким образом Илдракин может облегчить поиск? — спросила Таша.

— Меч без усилий найдет чародея, — сказал Герцил, — пока Арунис держит при себе Фулбрича. Мне так и не удалось ранить мага, но я сделал порез на подбородке его слуги. И вот кое-что, о чем я никогда не говорил тебе, Таша: Илдракин поведет меня, как стрелка компаса, к любому врагу, чью кровь он пролил.

— А, — сказал принц, — значит это ищущий меч. Я и не знал, что они еще остались после сожжения Ибонской кузницы. Мы должны найти Илдракин, очевидно.

— И молиться, чтобы Арунис сохранил Фулбрича рядом с собой, — сказал Чедфеллоу. — Какой позор, что ты, по крайней мере, не порезал мизинец колдуна, Герцил.

Пазел вспомнил о сражении на нижней орудийной палубе, о том, как он освободил Аруниса, напав на него, и почувствовал, что сгорает от стыда. Все это из-за меня. Люди могут умереть из-за меня.

Внезапно он понял, что они приближаются к водопаду: его глубокий гром действительно нарастал в течение некоторого времени. Олик раздвинул занавески и свистнул один раз. Карета с грохотом остановилась.

Они выбрались наружу, и Пазел увидел, что они достигли подножия еще одного утеса. Этот был у́же других и всего около восьмидесяти футов высотой. Мей ручьем лился прямо рядом с ними. Порыв ветра обдал их прохладными, восхитительными брызгами.

Каскад падал в озеро, окаймленное высеченным камнем и окруженное узловатыми елями; слева от них Мей вытекал из озера, продолжая свой извилистый спуск к морю. Сердце Пазела екнуло, когда он увидел, как мальчик-длому, не выше его колена, бросился в бурлящую воду. Мальчик умеет плавать, подумал он, конечно, умеет, и Пазел увидел, что озеро было полно мальчиков, да и девочек тоже, и никто из них нисколько не боялся реки.

Но дети начали кричать, увидев людей.

— Нет времени купаться, мистер Паткендл, — сказал Олик. — Сюда, пожалуйста.