Просто один приятель, возможно даже друг, этого же сразу не поймешь, попросил меня покатать его на «УАЗике». «УАЗик», разумеется, его, и сам он тоже водитель, но года два назад перевернулся на «БМВ», с тех пор комплексует. Со мной такое тоже было, и я Женю прекрасно понимаю.
Как вы уже догадались, мой приятель из «богатеньких». Но сейчас у него затруднения. А главное, он уже столько на меня потратил, что мне, хоть умри, не расплатиться с ним никогда. Впрочем, об этом речь не идет. И не пойдет никогда.
А дело в том, что на Женины денежки издал я год назад книжонку с претенциозным названием «Приключения мысли», точно также, если наладятся у него дела, намереваюсь издать «Приключения мысли 2», тоже сборник рифмованных соображений по разным поводам...
Хваленый новый «УАЗик», а по возрасту он действительно новый — всего год в эксплуатации, оказался весьма потрепанной проституткой, на которую кто только ни залезал.
Свои машины я ни разу не доводил до подобного состояния, и в дальние концы всегда отправлялся совершенно безбоязненно. А тут еду и не знаю — вернусь ли. Однако еду, хрен ли мне — машина не моя. И разговариваю я с ней так: «Ты, машина, довези меня до дому, и я больше тебя не трону».
Но слово свое сдержать мне пока не удается.
— Женя, — честно предупреждаю я, — Евгений Александрович, раз тебе так больше нравится, мы ведь все равно в конце концов вернемся домой на веревке. Если вообще вернемся.
А он в ответ смеется:
— Ты паникер и пессимист. Нормально съездим.
Рисковые ребята эти коммерсанты. И страшно самоуверенные. Именно потому они и коммерсанты. А мы... А мы теперь вообще неизвестно кто...
На днях мы с Женей прошвырнулись до Ирбита. Проскакали за день полтыщи километров через всякие там белоярские, богдановичи, сухие лога, камышловы и пр. Примерно так же невесело путешествовал в незапамятные времена мой полный тезка Радищев. Тоже писатель был, правда, еще хуже, чем я. Однако справедливости ради нужно заметить, что он, сочиняя свое сочинение, рисковал головой, а я ничем не рискую. Разве что Евгений может обидеться, так и то вряд ли — он не обидчив, за что и люблю. Впрочем, разумеется, не только за это...
Путешествовать по забытым Богом и начальством местам — такая же тоска смертная, как и двести с лишним лет назад. Даже хуже — ибо целых двести лет прошло. Все та же грязь, все те же разбитые дороги, все те же знаки запрещающие. Хотя, знаки, может, и не совсем те. Словом — выморочные места...
Ирбитский партнер моего благодетеля, чудак парень, два часа возил Женю по городу — показывал достопримечательности. А делового-то разговора — на пять минут.
Нет, не понять мне местечкового патриотизма. Тем более, что я великодержавного-то не понимаю. По мне так Ирбит этот древний — раскопанный и уже загаженный бесчисленными туристами Карфаген. Раскопали его археологи, а реставрировать и благоустроить некому. Для Карфагена оно, возможно, и в самый раз, но для Ирбита, в котором люди пытаются жить и автомобили ездить — как-то не очень...
Два часа я сидел в машине дурак-дураком. Нет, не нравится мне в личных водителях. Ладно, хоть в рот глядеть не требуют...
Пока томился в машине, мимо «Волга» милицейская с громкоговорителем четыре раза проехала. Из громкоговорителя всякий раз доносились слова. Некоторые удавалось разобрать. Но большинство — ни Боже мой.
Ясно было лишь одно — агитируют. Насчет выборов. Скоро ведь выборы опять. Или «выбора»...
И в общем, это опять он, старый знакомый — российский идиотизм. Ну, на что, спрашивается, рассчитывают эти агитаторы хреновы?! Что люди будут бежать за машиной, боясь пропустить хоть словечко?
То есть, я, хотя они четырежды мимо меня проехали, так и не понял, за кого надо голосовать.
Эти «выбора», мать их...
А каким сознательным гражданином я был, когда наша специфическая демократия только-только начинала покрываться легкомысленным розовым пушком! Проигнорировать очередное всенародное волеиспускание — Боже упаси! И в мыслях не было. А теперь есть.
Словом, не пойду и все. Потому что выборы эти нужны лишь кандидатам, и никому кроме. Впрочем, еще, наверное, их братве.
Но, допустим на момент, что все эти человеки обещающие мне нравятся. Но ведь даже при большом желании, проникнув во всякие думы, они же по определению никакие народные проблемы не будут полномочны решать единолично. А только в консенсусе... Тьфу! Но возможность решить какие-то собственные проблемы, конечно же, возникнет...
Хотя по-человечески довольно легко понять подоплеку даже самых фантастических посулов. Поскольку, если откровенно сказать избирателю, дескать, обещаю аккуратно посещать все заседания, высиживать до конца и честно голосовать за все, что будут ставить на голосование и в первом, и во втором, и даже в третьем чтении, то кто же тебя, сироту, изберет в депутаты?