– Этот район покинут. Здесь никто не живет. Он расположен за стеной столицы. Небезопасно, наверное… Именно здесь мы найдем Махео, – объяснил Либеро. Было видно, что он сам недоумевал. – Реймонд мне начертил карту. У меня фотографическая память, я запомнил, где находится его дом.
Либеро, подняв ногу, чтобы сделать шаг, резко развернулся вправо и зашагал в сторону широкой улицы с бетонными домами. Серые крыши нависали над ней. Вся улица была обтянута веревками для сушилок. Казалось, эта часть города меньше всего пострадала во время ядерной войны или была отреставрирована. Мурашки пробежали по моей спине, когда я с ужасом осознал, что это место из моего сна. Это была та самая «Серая улица».
– Ли, прошу тебя, давай уйдем отсюда. У меня плохое предчувствие, – я схватил Либеро за плечо и не отпускал, сам оставаясь на месте, не в силах сделать еще шаг. – Это место из моего кошмара.
Либеро взглянул на меня и улыбнулся. Его добрая улыбка мгновенно отпустила мой страх. Мне стало легче, но я не собирался опускать руку с его плеча.
– Мы должны, – ответил Ли. – На днях Совет Нового времени узнал, что Махео попал в поле зрения президента Висы. Виса узнал, что Махео – «рожденный летать», хотя тот долгое время был его советником. Президент захочет избавится от него.
Его лицо в миг стало серьезным. Он подошел к старому, не работающему фонтану и сел под ним. На фонтане стояла статуя диковинной птицы, огромным с сильным клювом.
– Ты хочешь забрать Махео с собой в Метрополис? – спросил я, надеясь, что наше присутствие в этом месте не будет долгим.
– Нет, – ответил Ли. – Он не желает лететь с нами в Метрополис. Готов смириться с судьбой.
– Но… но зачем тогда мы идем к нему, кроме как уговаривать его? – недоуменно спросил я.
– Мы идем не уговаривать, – объяснил Либеро. – Дело в том, что Махео долгое время был советником президента Висы. С того самого момента, как его избрали после смерти отца. Он знает о нашем диктаторе все. Если мы не опередим полицию порядка, мы потеряем ценную информацию, которая понадобится нам в день Х.
Мы сидели под неработающим фонтаном на пустой площади, позабыв о безопасности. Либеро терпеливо объяснял мне суть нашей миссии. За это время вокруг не было слышно ни звука. Будто весь мир вымер за одну ночь.
– Если мы не поторопимся, мы можем не успеть. А может… мы уже опоздали, – подытожил брат.
Мы встали и зашагали в сторону той самой улицы из моего кошмара. Мне больше не нужно было ничего объяснять. Всю жизнь я доверял своей интуиции беспрекословно, и во многом это мне помогало. Возможно, благодаря своему чутью я выжил в этом мире. В первый день встречи, когда Либеро ворвался в мой кабинет в Министерстве по устранению разногласии, моя интуиция ему поверила. Я подумал: «А почему бы и нет? Когда-то же в жизни я должен сделать что-то рискованное!».
– Пойдем, его дом в конце этой улицы, – сказал Либеро.
Мы шли по улице, больше напоминавший декорацию к фильмам о городах-призраках. Из окон в полумраке на нас смотрели тени, в некоторых домах покачивались люстры. Дорога, уложенная гранитными плитками, горела словно электрическая плита. Я чувствовал, что подошва обуви нагрелась, хотя она и была приспособлена нашим условиям.
– Мы не можем полететь. Запутаемся в этих веревках, – сказал Либеро, показывая пальцем на бельевые веревки.
«Я и не собирался просить», – подумал я про себя.
Так мы дошли до конца улицы. Я заметил, что в воздухе похолодало, а солнце начало уходить за тучи. Такое бывает. Погода не устойчивая. В основном на Земле после ядерной войны установилась жара. Но в какой-то неопределенный момент бывает, что температура воздуха резко опускается до нуля. Но это проходит в течение часа. Мы прибавили ходу, чтобы согреться. Звук от наших шагов отзывался далеко за границами этой улицы, словно приближающиеся раскаты грома. По пути, через несколько ветхих домов, началась череда вполне сносных строений. Их стены были белоснежными, рамы от окон будто бы только что покрашенные в коричневые цвета, а стекла их блестели на редких лучах солнца, которые время от времени пробиваясь через темные тучи.
– Похоже, будет дождь, – предположил Либеро, оглядываясь на горизонт, где нависла массивная темная небесная туча. От этих слов меня настигли воспоминания о той полночи, и сердце екнуло.
В конце «Серой улицы» мы увидели большой особняк. Он казался обитаемым. Честно говоря, несмотря на «живой» вид многих зданий в этом районе, мы были уверены, что они пусты. Дверь забора не была заперта, и мы с Либеро вошли во двор, который также был ухожен. У входа стоял заржавевший автомобиль. По краям главного входа в дом красовались горшки с живыми цветами. Мой взгляд, естественно, в первую очередь упал на них. Либеро действовал уверенно. Он быстро взбежал по лестницам и оказался у двери. Парень оттолкнул ее силой и вошел, словно хозяин, вернувшийся из долго путешествия.