– Ты разве не боишься, что тебя могут убить?
– Ты разве не слышал, что я сказал, когда вы зашли в мой дом? Я устал от одиночества. Я истощен и мне нечего терять, – Махео смотрел прямо в глаза Либеро, но тот отводил взгляд. – И не бойтесь, даже если я попаду в лапы стражей порядка, вашу тайну не выдам.
Он вновь подошел к платяному шкафу, присел на корточки, открыл нижнюю полку и достал оттуда квадратную шкатулку. Осторожно встряхнув с нее пыль, поставил ее в центр комнаты. Мы едва успели осознать, что происходит, как Махео уже закрыл окно. Комната вновь погрузилась во мрак. Мы с Либеро уселись в кресла, обратив взгляд на эту таинственную штуковину. Махео, убедившись в том, что за полумраком наступила тишина один раз хлопнул в ладоши. Коробка затрещала, словно часовой механизм, и резко открылась. Из нее на комнату полился синий свет, озаряя даже дальние уголки помещения. Я вгляделся в свет. Сомнений не было: перед нами была голограмма нашей планеты.
– Сегодня вы уйдете от меня просвещенными, – произнес Махео, – Вы увидите мир, который существовал до ядерной войны.
И мы увидели… Сначала немая картинка показывала нашу планету, потом она стремительно поменяла изображение, поочередно показывая короткие ролики из жизни наших предков. Картина менялась так быстро, что вся короткая эпоха человечества новой эры пронеслась перед нашими глазами как один миг. Они ездили на машинах. Они летали на самолетах. Они наслаждались разной пищей. Они любили. И они отмечали праздники… Потом атмосфера стала угрожающей. Голографический плеер начал транслировать сцены войны, убийства, политические дебаты, надменные лица, миллионы трупов. В завершение в центре комнаты произошел «взрыв». Сначала его форма напоминала огромный гриб. Он уничтожал все на своем пути: города, людей, транспорт, животных. Потом картинка поменялась, и последовал другой взрыв: взрывная волна, казавшаяся тонким словем водопада, падавшего с небес, неожиданно расколола большую гору в пустыне с четырех сторон, формируя ровный прямоугольник. Достигнув определенной высоты, на высоте около восьми этажей, произошел еще один взрыв, отсекая половину горы горизонтально. Затем последовал третий взрыв, разбросавший осколки по сторонам на несколько километров. Эти взрывы напоминали сложные фейерверки: один залп, вырвавшийся из дула, взрывался раз за разом. Картинка поменялась. Взрыв создал в центре каменных джунглей прямоугольный каменный утес с небольшим углублением посередине.
В этот момент за окном прогремел гром, и вспышка молнии на мгновение озарила комнату. Свет от нее пробился через щели в стенах и растворился в еще более темных уголках комнаты, прежде чем солнце вновь скрылось за тучами. Видео на голографическом плеере остановилось.
– Эта термоядерная световая бомба. Называется «Сердце горы». Больше похоже на промышленную взрывчатку. Отличие в том, что взрывную мощь ее можно было контролировать, разместив правильно в коробке спуска. Она могла сделать все, что угодно: огромную воронку, дыру на земле, простирающуюся почти до магмы. В этом первом и последнем испытании, которое, кстати, произошло до Мировой ядерной войны, она искусно превратила гору в огромный каменный стол высотой восемь этажей и шириной, я не знаю, возможно, более чем нескольких километров. И вы отлично знаете, что появится на ней через 150 лет, – говорил он.
В это время Либеро заметно напрягся. Я видел, как он кусает губы. Вопрос, который он так желал задать, так и не смог слететь с его губ: «Откуда ты это знаешь?!». Эти слова, будто кусок черствого хлеба, застряли в его горле. Либеро тяжело глотнул. Без сомнения, Махео был в курсе о месторасположении Метрополиса. В этот момент я, как и Либеро, от души ругал Реймонда. «Конечно же, он все рассказал Махео, и это было невероятно глупым решением», – думал я.
– И, как я говорил, это была последняя бомба в гонке вооружений, устроенной мировыми державами, – продолжал Махео. Видно было, что он заметил наше беспокойство, но решил не заострять на этом внимание. – Затем началась война. В ее апогее было одновременно запущено почти тысяча бомб, которые уничтожили как агрессора, так и защищающегося. Пали и виновные, и невинные. В этой войне не было ни победителей, ни побежденных. Люди просто потеряли контроль над вооружением, и оно их погубило. Когда осознание того, что все кончено, пришло к людям, наступил хаос. 75% населения Земли погибло в результате ядерной войны и ее последствий. Жизни миллионов людей унесли катастрофы и болезни. Они были настолько ужасными, что выжившим пришлось залечь на дно и переждать. Среди оставшихся разразилась анархия.
Голограмма мерцала, словно старый телевизор с отказавшим кинескопом. Изображение джунглей из скал исчезло. «Мы чуть не поубивали друг друга», – добавил он.