— Твое тело не справляется, — заключила она. — Ты обладаешь слишком большой силой. Каждое тело — вместилище магии. В одних телах умещается капля, в других течет река, третьи же способны стать настоящим сосудом, сосредоточением Великой энергии, что сотворила нас всех. Твое тело может быть сосудом, но не теперь. Ты ослабла, истощила себя. Оно просто не успевает меняться вслед за тобой. И когда ты получаешь еще больше силы… Скажу так, твое тело, твоя физическая оболочка, она просто пытается защитить себя.
— Поэтому мне надо привязать себя к Камню, — пробормотала я. — Завершить перерождение, так сказала Кассирил.
Тенере задумчиво хмыкнула, ничего не ответила и дала знак служанке. Одним волевым движением меня заставили сесть в ванну. Горячая вода приятно обволакивала, мягкие руки заботливо омывали мое тело. Затем кожу вытерли и обмазали ароматными маслами, сделали массаж и облачили в тунику. Я стояла перед зеркалом от самого потолка до пола пещерной комнаты и смотрела на себя. Медно-рыжие волосы мокрой копной лежали на моих плечах. В зеленых глазах явственно проступали усталость и бессилие. В задумчивости я провела рукой по бедру, ощущая шелковистую кожу пальцами.
Эльфийка расстелила мне постель, и я легла, утопая в воздушных простынях, теплом одеяле, пухлых подушках. Я проваливалась в сон. Сердце гулко стучало в груди, перекачивая рубиновую кровь.
Сны клубились вокруг меня. Я была Мэйв, я ходила по земле, я переживала, я умирала и возрождалась к новой жизни. Череда сновидений, вереница бессмысленных событий танцевала возле меня. Я потеряла счет времени, я просыпалась и засыпала вновь. Лица менялись каждый день, желтые глаза смотрели на меня с сочувствием и болью, я ощущала их тоску, их жалость к себе. Проходило время, летело мимо меня. Звездные переливы магической эссенции уносили меня все дальше и дальше, заставляя забываться, теряться на бесконечных полях из рубиновых кристаллов. Я спешно оглядывалась, жаждая заметить знакомый проблеск золотой чешуи. Вокруг меня разворачивались войны и схватки, сражения, лишенные всякого смысла. Сотни драконов летали в лазурном небе, темной тенью Аркаар, гулко хлопая иссиня-черными крыльями, кружил над моим бездыханным телом. Реальность перестала казаться реальностью. Я больше не понимала ни где я нахожусь, ни что из увиденного мной в самом деле реально, а что вымышлено.
Я стала забывать, как меня зовут и кем являюсь. Они окликали меня чужим именем, я не находила дороги обратно, блуждая в снах, не зная, кто я такая на самом деле. Мне говорили о чести и долге, о камнях и драгоценностях, о магии и бессмертии, о драконах и эльфах. Их слова растворялись во мне, не принося мне ни тревоги, ни успокоения. Пока в один день я не почувствовала что-то. Голос, воспоминание, тепло. Он касался моего разума не настойчиво, в нем было много сожаления. И много других чувств. Злости. Вины. Ужаса. Он растворялся во мне, взывая к моей душе. Взывая к нашим общим воспоминаниям. Сон был о полетах. Золотые крылья блестели во тьме, мерно взмахивал ими дракон по обе стороны от меня. Я стала наполняться силой, стала ощущать усталость в мышцах, голод и пробирающий до костей холод, что кусал больно и назойливо. Только спустя миг забытья я смогла с трудом открыть глаза. И в них ударил свет, яркий и очищающий.
— Где я? — слабо шепнула я. — Я умерла?
— Еще нет, — ответил знакомый голос.
Я повернула голову на бок и увидела Мааррха. Рядом с ним сидел на скамье Йитирн с фолиантом в руках. Он вскинул красивое точеное лицо, глаза его просияли, стоило ему заметить, что я смотрю на него. Темный эльф заправил белую прядь за острое ухо и рывком поднялся со скамьи.
— Потише, — возразил Мааррх, поднимая руку. — Она только что пришла в себя. Потрясение — последнее, что ей сейчас надо.
— Сколько… Сколько я уже здесь…?
Говорить было больно, в горле кто-то царапался невидимыми когтями. Мааррх поднес к моему рту бокал с водой и помог отпить немного. Я закашлялась, и тогда он приподнял меня, одной рукой удерживая мое безвольное тело, а другой взбивая подушки, и посадил меня в кровати. Я едва удержалась от слез, увидев свои руки. Кожу покрывали мелкие чешуйки, крохотные заостренные шипы. Мааррх заметил направление моего взгляда и настойчиво потянул меня пальцами руки за подбородок.
— Посмотри на меня, — приказал он. — Я здесь. Я помогу тебе. Мы завершим перерождение. Это все уйдет, это временно. Тенере говорит, что твое тело…
Он сделал неуловимый жест, и Йитирн откашлялся, подал голос.
— Твое тело не справляется. Оно отторгает магию. Я думаю, это из-за того, что ты родилась в другом мире. В мире, в котором не было магии. Твое тело смертно, оно человеческое, не ведьмовское.
— Раньше этого не было, — слабо произнесла я. — Почему оно сразу не стало отторгать магию? Почему этого не случилось после перехода, например?
