Йитирн посмотрел на Мааррха, затем на меня. Я уже знала, что нам придется признаться, что внутри скалы Айриф на нас напал призрачный дракон. То, что пробудило мою спящую силу. Я слушала, как Йитирн, набрав в грудь побольше воздуха, вкратце пересказывает случившееся. Мааррх взвился, толкнул эльфа в грудь. Теперь, когда он больше не держал меня за руку, я ощутила, что вновь проваливаюсь в зияющую пустоту. Я падала, тьма пожирала мое тело, пировала на нем, порождая только мрак, только смерть, только хаос.
Из Пустоты показалась фигура. Она протянула руку и закричала:
— Нет!
Я упала. И очнулась.
В комнате никого не было. Легкий ветерок качал занавески. Словно в бреду, я медленно встала. Я же должна ощущать слабость? Я пролежала в этой кровати ужасно долго. Я спустилась вниз по деревянной лестнице.
Внизу блестел чешуйчатый бок золотого дракона. Рядом с ним сидела девушка. Она была очень молода. Непослушные рыжие волосы наспех собраны в «хвост» на затылке и перевиты красной лентой. Она смеялась. В темных глазах плясали озорные искорки.
Мне не надо было догадываться кто она, ведь я безошибочно узнавала Мэйв.
— Я не знаю, — сказала девушка. — Все уже выбрали легендарные имена, по которым их будут узнавать. Я придумала два, но не могу выбрать.
— Расскажи, — пророкотал золотой дракон, далекий предок Аксоота.
— Ну… Обещай, что не будешь смеяться. Ты же знаешь, зачем она создала нас, да? Однажды я вырасту и перестану расти. И тогда я должна буду нести волю богов, я буду связана с камнем.
Она обреченно вздохнула.
— За этим рождением последуют тысячи новых, но я всегда буду оставаться собой, понимаешь? Я всегда буду Мэйв. Одно легендарное имя связано с тем, какая я. Что я за ведьма. Ферра и Аксиэль придумали, что они будут Алмазной Странницей и Жемчужной Матерью. Но это детские имена, понимаешь, Риорх? Я могу быть ребенком или я могу быть ведьмой. Делать то, что должно. Брать на себя ответственность. Я могу быть Рубиновым Пламенем или Карающей Дланью. Даже ты знаешь, что воля Богов часто бывает жестокостью, необходимой мерой, меньшим злом.
Риорх гулко выдохнул облачко дыма.
— Я не могу знать, куда нас заведет этот путь. Помни: ничто не должно затуманить твой рассудок. Чтобы встретиться лицом к лицу с неизбежным, ты должна быть Рубиновым Пламенем, а не Карающей Дланью, Мэйв.
Я выпрямилась, жадно хватая ртом воздух.
Йитирн встревоженно поднял на меня взгляд алых глаз. Я смотрела на него и чувствовала, как слезы сбегают вниз по щекам. Дроу захлопнул фолиант, оглянулся быстро на лестницу и подсел ближе, взял меня за руку.
— Что случилось? Было видение? Сон о Мэйв?
Я ожесточенно закивала головой, все еще не способная справиться с непрошеными слезами. Йитирн наклонился ко мне. Я вдохнула запах хвои и осеннего леса, дождя и печали. Темный эльф мягко коснулся губами моего уха, отчего меня пробрало внутренней дрожью.
— Я должен тебе кое-что рассказать, — признался он шепотом. — Это может подождать еще немного, но я хочу, чтобы ты знала… Зачем я следовал за тобой и почему поклялся служить тебе, даже не зная, кто ты на самом деле. — В голосе темного эльфа отчетливо звучало напряжение. — Это не то, о чем могли бы говорить Сария или Мааррх. Но причина у меня все же была.
Я посмотрела на Йитирна, когда он сел обратно.
— У всех есть причина, — произнесла я медленно. — Причины Мааррха назначены ему судьбой. Причины Сарии и Танарии носили отпечаток давней ненависти, желания покончить с бесконечным циклом проклятия, наложенного на них Мэйв в порыве гнева и отчаяния. Причины Кэтта мне все еще неизвестны, но они есть. Я только прошу, чтобы они не оказались излишне неподъемными, излишне опасными и темными. Вокруг ведьмы собираются те, у кого есть причины собираться. Ты дал мне гораздо больше, чем кто бы то ни было. Ты обучил меня магии. Пониманию. Дал мне знания, сопровождал и защищал меня. Клятва или нет, ты делал это. И я сделаю для тебя все, что потребуется. Тебе достаточно лишь попросить.
На глазах Йитирна заблестели слезы. Я утерла свои и откинула в сторону одеяло, показавшееся мне вдруг невероятно тяжелым.
— Пора избавиться от этого, — я указала на свои руки, — и завершить перерождение. Я слишком долго спала. И хочу сделать это как можно быстрее.
— Не спеши, — предупреждающе взмахнул руками Йитирн. — Ты пробыла в этой постели недели три. Иногда мы думали, что ты не выберешься из забытья и нам придется искать другой способ противостоять Джахайну. Это глупая мысль, я согласен, мы ничего не можем противопоставить Теневому Охотнику.
— У вас есть драконы, — хмыкнула я. — Кэттаринг. Мааррх.
— Кэттаринг, — заметно помрачнел Йитирн. — Дракон, который никого не признает, кроме ведьмы. У эльфов сложилось о нем самое неприятное впечатление. Он силен и опасен, да, но никому не подчиняется.
— Он подчиняется мне.
