Призрачный дракон вырвался, обдирая свои крылья о стволы деревьев. Мааррх воспользовался моментом и бросился вперед. За три прыжка он преодолел небольшое расстояние и лапами пригвоздил голову противника к земле. Удерживая призрачного, он вкладывал ощутимо много сил, чтобы оскверненный оставался в этом положении.
Миг, и Йитирн закончил ритуал. Сферы одна за другой поднялись и вереницей заскользили за движением его плеча. Эльф дал отмашку.
Я первая подорвалась бежать, мгновенно оказавшись у входа в пещеру. Черный зёв таил в себе немало опасностей, но самым страшным я посчитала не его, а призрачного оскверненного дракона.
«Сворачивай!» — мысленно закричала я Мааррху.
Дракон кивнул. Йитирн начал осуществлять иное заклинание, то, что закрыло бы вход в пещеры под скалой.
— Что ты делаешь?! — заорала я, перекрикивая неестественный шум ветра. — Мааррх, он же не успеет!
Дроу улыбнулся тонкими губами.
— Если постарается, то успеет, — ответил он почти безразлично.
Дракон резко отпустил голову призрачного, и тот по инерции вырвался из мертвой хватки золотого. Но тело его действовало по иным законам, в отличие от наших, и он упал, неспособный задержать собственное непроизвольное движение. Этого хватило, чтобы Мааррх, мощно взмахнув крыльями, срезал верхушки и без того жалобно скрипящих деревьев и вырвался вперед. Уже в прыжке — подобии его — он стремительно осыпался золотой чешуей и в последний момент, когда камень начал приобретать свой первоначальный вид, попал внутрь.
Он был ранен, по торсу стекала теплая, горячая кровь. Черная кровь.
Йитирн усадил его на землю и прочитал короткое исцеляющее заклинание. Мы услышали, как ревет призрачный дракон. Скрежет буквально отдавался в ушах.
Затем мы немного передохнули. Йитирн, складно орудуя пальцами руки, разжег магический костер. Сердце гулко билось в груди. Так гулко, что я чувствовала каждый удар.
— Подкрепись.
Я открыла глаза и увидела, что Йитирн предлагает мне ломоть хлеба с вяленым мясом и толстым куском сыра. Я с аппетитом вгрызлась в бутерброд.
— Мааррх подождет нас здесь, — твердо сообщил дроу.
Он проследил за моим взглядом. Золотой дракон в человеческой форме лежал на небольшой старой лежанке. Я уже переставала удивляться из ниоткуда берущимся предметам обихода, а потому просто кивнула.
— Он мог погибнуть сегодня, — осознала я вслух.
— Но не погиб. Ева, дракона не так просто убить. Драконы, как и ведьмы, — древнейшие существа, появились они в одно и то же время.
— Тогда почему почитают ведьм и убивают драконов?
— Сейчас? — переспросил Йитирн. — Идет война. И живые в ней проигрывают. Драконов убивают, чтобы никакая ведьма не смогла противостоять оскверненным.
— Кто они? — снова задала я мучивший меня вопрос.
— Оскверненные? Все, что я знаю — это поглощенные темной магией души некогда прекрасных живых существ. Но не все они призрачны. Встречаются и вполне материальные, поглощенные Скверной. Я не имею и малейшего понятия, кто ими управляет, если вообще кто-нибудь способен на это; не знаю, почему они охотятся на нас и почему развязали этот конфликт.
Я помолчала, доедая сыр. Вопросы роились в голове, но я не была уверена, что действительно хочу знать ответы на все.
Потом мы в абсолютном молчании двинулись вперед. Оставлять Мааррха в таком беспомощном состоянии не казалось мне хорошей затеей, но Йитирн убедил меня, что он таким образом будет в большей безопасности.
Узкая дорожка расширилась, когда мы ступили под свод из невысоких треугольных колонн, поддерживающих потолок. По бокам стояли кадки с причудливыми растениями, а под ногами мягко шуршал ворсистый ковер цвета сапфира. Между колоннами в арках свисали клиновидные гербы с одним и тем же повторяющимся рисунком: когтистой рукой, сжимающей сферу. Йитирн по сторонам не оглядывался, только знай себе шел вперед.
Наконец он зашептал, отсчитывая количество пропущенных поворотов. По левой стороне дроу шагнул в десятый, поманив меня за собой. Мы прошли по длинному извилистому коридору и вышли в ослепительно сверкающий зал. Посередине стоял фонтан, а в нем грудой лежали вперемешку монеты и причудливая посуда; кувшины, доверху набитые драгоценными камнями; ковры настолько тонкие, что казались невесомыми; картины в позолоченных рамах, изображающие поля сражений и пасторальные красоты; оружие и доспехи, настолько непривычные и богато изукрашенные, что у меня перехватило дыхание.
Йитирн нисколько не заинтересовался сокровищами. Его внимание было приковано к книге с такой же тисненой обложкой, как и мой Гримуар. Она лежала в углублении в стене.
Он шагнул к ней и, помедлив мгновение, осторожно прикоснулся. Ничего не произошло. Йитирн повернулся ко мне с широкой улыбкой.
— Защитное заклинание не сработало! — поделился дроу. — Вот что значит присутствие ведьмы в сокровищницах Саардена!
Маг любовно оглядел фолиант, провел по нему рукой и быстро сунул в сумку, опасаясь, как бы я не передумала отдавать ему артефакт. Пещера гулко затряслась как от удара. И я, не удержавшись на ногах, рухнула на пол. Йитирн выглядел недоуменным.
— Защита? — крикнула я.
