— Я еще слишком молода, чтобы помнить Лулу, но мои родители всегда слушали ее песни, а папа говорил, что она горячая штучка! — Публика засмеялась, и девочка сделала книксен. — Даже моя мама не обижалась на слова отца, наоборот, соглашалась с ним. Это было само собой разумеющимся. Итак, Лулу покинула этот город много-много лет назад, но сегодня она снова с нами! ФИ-И-ИБИ МАЛЛЕН! ЛУЛУ ИЗ ГРУППЫ «ДЕТИ ЗВЕЗД»!
Толпа одобрительно заревела, на сцену направили прожектор, бросивший на помост круги безумных цветов, и… ничего не произошло.
— Лу-у-улу-у-у!
Ничего.
— Представляешь? — прошептала я на ухо Линди. — Наверно, она узнала, что мы здесь.
Зрители начали скандировать:
— ЛУ-ЛУ! ЛУ-ЛУ!!!
Линди уронила голову на руки. Я заметила, что она похлопывает себя по ноге.
— Что это ты делаешь? — полюбопытствовала я.
— Отстань, пожалуйста. Я концентрируюсь, чтобы вызвать ее на сцену.
Мужской голос выкрикнул:
— ЛУЛУ, ВЫХОДИ, НЕ БОЙСЯ! — И все засмеялись.
Это возымело действие. Рыжеволосая женщина в леггинсах и красном блестящем платье не спеша вышла на сцену, держа руку над глазами козырьком, чтобы видеть зрителей.
— Надо же, как вас много, — произнесла она, откашлялась и подстроила высоту микрофона.
Заиграла мелодия ее хита «Не бросай свою крошку», но Фиби решительно повела рукой, и скоро музыка прекратилась. Лулу сказала:
— Я ужасно давно здесь не была. Не потому, что не хотела. Просто не знала, могу ли вернуться. Для человека с сомнительным прошлым вроде меня существует много запретов.
Толпа была настроена бушевать и потому бушевала. Мне пришлось тоже уронить голову на руки. Сердце мое неслось вскачь.
— О боже! — ахнула Линди.
— Я думала, когда совершаешь большие ошибки и бежишь от позора, на этом все заканчивается. Ты уже не можешь вернуться домой. Но вот я снова здесь. Привет, Элленбери! Спасибо! Обещаю уйти сразу, как только вы соберете достаточно денег на актовый зал!
Музыка снова заиграла, и Лулу начала петь, сперва неуверенно. Я волновалась за ее голос и самообладание, потом — за ее душевное состояние. Но она постепенно разогревалась, обретала уверенность. «Будешь ли ты любить меня завтра?» она исполняла уже в полную силу, раскачиваясь и закрыв глаза. Потом последовали несколько зажигательных номеров восьмидесятых; голос ее парил над стадионом, когда она танцевала на сцене, выбрасывая руку вперед, как делала на видео. Она представила нескольких участников своей бывшей группы, — они с удовольствием согласились выступить с ней на этом концерте.
Мы с Линди изумленно повернулись друг к другу.
— Как ты считаешь, нам следует поговорить с ней? — спросила я.
— Нет-нет, она слишком роскошная, — ответила Линди. — Она ни за что не станет разговаривать с такими заурядными женщинами, как мы.
Весь зал стоял, лицо Фиби раскраснелось после часового выступления. Она взяла микрофон, подошла к краю сцены и объявила, что следующую песню хочет посвятить двум особым людям в ее жизни. Она встала в простой белый столб прожектора и запела песню Боба Дилана «Все прошло, не грусти, малыш».
— Это для нас. — Линди схватила меня за руку. — Она знает, что мы здесь. Грустные малышки — это мы.
На стадионе стояла тишина, лишь хрипловатый взволнованный голос пел о том, что надо собрать вещи и уйти, потому что будущего нет.
— Это песня-отказ, — заключила Линди.
— Нет. Это песня-раскаяние. Она сожалеет о содеянном. О нет! Это еще хуже.
Дальше Лулу спела песню, которую назвала самой печальной на свете, — по словам певицы, она даже никогда не решалась ее исполнить, — «У любви нет гордости». Она сидела на краю сцены, озаряемая туманно-голубым светом софита.
Потом Лулу произнесла:
— Я начала с веселых композиций, а закончила грустными и не могу больше петь, а то разрыдаюсь. Но хочу поблагодарить всех вас за то, что пришли и поддержали программу драмкружка, потому что именно здесь я сыграла лучшие роли в своей жизни, кроме одной, говорить о которой не буду. Вы замечательные слушатели. Спасибо, что приняли меня назад! Теперь идите восвояси и не пытайтесь подходить ко мне, я хочу запомнить этот момент таким!
И она убежала со сцены туда, где, как я заметила, стоял Эй-Джей и протягивал к ней руки. Со своего места мы видели, как он обнял ее, потом они разделились, и он прошептал ей что-то на ухо. Аудитория завывала, просила песню на бис, дружно топала ногами, и вскоре Лулу вышла и исполнила новую композицию, которую недавно узнала и полюбила, — «Эммилу» группы «First Aid Kit».
Песня была об утрате любви и умении начать с чистого листа, и я промокнула глаза платком. Когда Лулу закончила, публика потребовала спеть еще, но на стадионе зажегся свет, а сцена, наоборот, погрузилась в темноту, и люди перестали аплодировать и начали расходиться. Мы с Линди остались на своих местах. Проверили телефоны. Немного подождали. И наконец, когда все зрители уже вышли, появился Эй-Джей и сказал:
— Ну что, девочки, она хочет вас видеть.
