– Ему полтинник. Вряд ли у тебя возникло бы такое желание.
Я поднимаю руки вверх в знак капитуляции.
– Неважно. Просто… Тебе можно с ним встречаться, но я целый год привыкала к такой картинке у себя в голове. К мысли о том, что ты себе губы специально блеском мажешь, я буду привыкать еще дольше. Возможно, до конца моих дней.
– Не вопрос. – Сесили быстро покидает мир своих грез. – Обещаю. Никаких разговоров о том, что я хотела бы сделать с твоим братом. – Ее взгляд снова затуманивается. – Особенно сейчас, когда мне может представиться такая возможность.
Фу. Мерзость. Что я такого сделала, чтобы это терпеть?
– Если сейчас же не прекратишь, я расскажу ему какие-нибудь стыдные секретики про тебя.
– Ладно, ладно. – Сесили берет себя в руки. – Обещаю. Прости.
Я закатываю глаза.
– Пойду возьму сырные палочки.
Нужно скорее сбежать от этой дурацкой и непривычной ситуации.
Я не успеваю уйти, как разговор подхватывает Бринн, которой не терпится поделиться хотя бы частью этой истории:
– Он ей написал сообщение сегодня утром. Типа «привет, у тебя есть планы на вечер пятницы?» На что Сесили, разумеется, ответила «нет!».
– Хотя на самом деле они были, – встревает Сесили. – У тети Кристи в пятницу день рождения. Но извините, пожалуйста, у нее и в следующем году будет день рождения и вечеринка в ее честь, хотя она уже старушка. – Она делает жест Бринн, чтобы та продолжала, как будто ее вводит в состояние блаженного транса ее собственная история.
– Короче, Брент ей ответил: «Я тут подумал, может быть, сходим в „Олив Гарден“, а потом посмотрим „Серийного сталкера“?» И тогда Сесили сделала очень по-умному и прояснила ситуацию, задав вопрос: «Прикольно. А кто еще пойдет?» На что Брент ответил: «Кто захочешь, в любом количестве, но я лично надеюсь, что только ты и я». И улыбающийся эмодзи.
– Улыбающийся эмодзи, – подчеркивает Сесили, как будто речь идет о кольце с бриллиантом, доказывающем серьезность его намерений. – Он уже достаточно доверяет мне, чтобы использовать эмодзи. А еще он оставил мне шанс пригласить других друзей, если мне захочется, по-моему, это очень даже мило с его стороны.
Бринн опять подхватывает разговор:
– Но, разумеется, она ответила: «Классно, если мы будем вдвоем». И поставила подмигивающий эмодзи. Так что обмен эмодзи получился абсолютно равноценный. – Бринн произносит это тоном нотариуса, который заверяет коммерческую сделку.
– Думаешь, это слишком в лоб? – неуверенно спрашивает Сесили. – Вот это подмигивание? Мне хотелось, чтобы он понял, что я флиртую, но без особого энтузиазма. Не надо ему знать, что я по нему с ума схожу.
– Но ты именно это и делаешь, – говорю я. – Ты сходишь по нему с ума. Ты носок его однажды сперла, когда была у нас дома.
– Расскажешь ему – и ты труп. Я хочу выглядеть отрешенной. Как будто он мне интересен, но при этом абсолютно не интересен.
Мутные законы любовных отношений.
А если бы Тай пригласил меня на свидание, я тоже думала бы о таких вещах? Пытаюсь нарисовать в воображении картинку, но потом напоминаю себе, что не хочу рисовать в голове такие картинки. Но все равно, ни при каком раскладе я не допускаю мысли, что мы с такой одержимостью относились бы к обмену эмодзи.
– Ты будешь симулировать испуг во время киносеанса? – спрашивает Бринн. – Чтобы он тебя обнял? Я почему спрашиваю, ты ведь уже знаешь все самые страшные сцены, так что твой испуг может показаться слишком наигранным.
– Ты что, уже видела фильм? – спрашиваю я. Судя по трейлеру, это фильм про парня, который знакомится с девушками в интернете, долго поддерживает с ними связь, прежде чем встретиться, а при встрече убивает их. Довольно нездоровая тема, но хорроры вообще этим отличаются.
– Ну, в общем, да, – говорит Сесили, внезапно заинтересовавшись своим сэндвичем.
– Когда это?
– В субботу вечером. – Она не поднимает на меня глаз.
– А с кем ты ходила?
Вот это странно. На прошлой неделе я предлагала нам вместе сходить на этот фильм. Идеально перед Хэллоуином, до которого меньше месяца.
– Да просто кое с кем. – Сесили по-прежнему на меня не смотрит.
Бринн собирает крошки на бумажной тарелке в аккуратную горку. Внезапно все детали пазла встают на свои места.
– Вы без меня ходили? – Этого не может быть, но Сесили и Бринн обмениваются взглядом, который не оставляет сомнений: я угадала. – Почему вы меня с собой не позвали?
Бринн нервно ерзает.
– А у тебя разве не было других планов? Я думала, у тебя планы.
Почему они не разговаривают со мной честно?
Бринн чешет руку. Сесили что-то пьет.
– Просто скажите, – говорю я. – Вы же знаете, я все равно вытяну из вас правду.
– Ну, мы за тебя волновались, – наконец говорит Сесили. Радостная атмосфера сегодняшнего ланча каким-то образом схлопнулась. Теперь я снова сбита с толку.
– Волновались за меня?
Сесили наклоняется ко мне и понижает голос до шепота.
– Из-за того, что ты рассказала. Из-за твоей проблемы.
Моей проблемы?
Я смотрю на Бринн. Одними губами она произносит: «Биполярка».
Я оглядываюсь, чтобы удостовериться, что никто не смотрел на Бринн, а потом складываю руки на груди.
