В неярком свете, пробивавшемся сквозь узкое потолочное окно, она не сразу различила виновника суматохи. Сначала она выхватила взглядом разбитый глиняный горшок, из которого брызгами и шлепками разлетелась по полу какая-то густая желтая каша. Потом пробежалась глазами по дорожке из маленьких жирных следов, ведущих в дальний угол. Там, на прибитой к стене доске, среди рыболовной утвари и пустых банок из-под консервов, зло моргал светящимися глазами Куйгорож. Пузо у него надулось так, что свешивалось чуть ли не до колен, пух угрожающе торчал в разные стороны, ручки были сжаты в кулаки, а перья на голове воинственно вздыбились и подрагивали. Самым удивительным в представшей Вариным глазам картине было то, что совенок заметно подрос: теперь он стал размером с молодую кошку. Сходства прибавлял удлинившийся хвост, которым он недовольно бил по стене.
— Че пялитесь-то, как ворота на нового барана? Я, между прочим, тоже иногда есть хочу! — обиженно произнес Куйгорож. Его голос изменился, стал ниже и грубее.
— Батюшки, это ж трямка![47] — охнул кто-то на пороге.
В сенях появилась высокая худая женщина с корзиной белья. «Мария», — догадалась Варя.
— Здрасьте, — едва выговорила Варя.
— Это ты трямку в дом привела? Здрасьте, ага. — Женщина ухнула корзиной о пол. — Давайте-ка вместе отсюдова… откуда пришли.
— Я в дупло не пойду! — Куйгорож встал в позу, подбоченясь и отставив одну ногу.
Мария быстро наклонилась к корзине:
— Я тебе покажу «не пойду»! — Она запустила в Куйгорожа скомканным тряпьем. — Знаю я ваш род поганый!
— Вай, каряскяня, вай, каряскяня![48] — завопил Куйгорож и упал на пол, где его тут же чуть не настиг новый удар — уже какой-то лысой метлой.
— Не надо! Вы что? Он же ничего плохого вам не сделал! — Варя схватила Марию за руку.
— Ты в своем уме, девонька? Ты хоть знаешь, что это за чудище? — Она вырвалась и оттолкнула Варю. От неожиданности Варя потеряла равновесие, стукнулась головой о стену и тихонечко застонала.
Куйгорож зашипел и пружинисто прыгнул на Марию.
— Не трожь мою хозяйку, гадкая баба! — утробно зарычал он и обвил хвостом ее руку, все еще крепко сжимавшую метлу.
Мария истошно закричала, пытаясь стряхнуть Куйгорожа, но тот и не думал отцепляться. Видимо, он так сильно сдавил ей запястье, что в конце концов у нее разжались пальцы, и метла с глухим стуком приземлилась на деревянный пол. Только тогда он соскочил с женщины, по-беличьи вскарабкался на Варю и уселся ей на плечо, где теперь едва помещался. Тяжело дыша, он осторожно раздвинул Варины волосы — вероятно, в поисках ссадины.
Все это произошло так быстро, что ни Сергей, ни Дмитрий Михайлович не успели вмешаться — так и застыли с разинутыми ртами. Мария немного постояла, растерянно глядя на красную полосу на запястье, оттолкнула мужчин и шумно потопала в комнату.
— Чтобы их сейчас же тутова не было! Идиоты! — процедила она с порога, взяв себя в руки.
— Ты это видал? — вполголоса спросил Дмитрий Михайлович, обращаясь к сыну.
— Видал. Вижу. И офигеваю, — отозвался Сергей, не отрывая глаз от Вари, которая поглаживала копошащегося в ее волосах Куйгорожа.
— Ты давала трямке приказ защищать тебя? — спросил Сергей.
— А мне тут не надо было приказа, я себя защищал от этой… бабы с метлой. А заодно и хозяйку! — обиженно пробурчал Куйгорож.
— Куйгорож — или как вы его тут зовете? трямка? — спас меня от верной гибели. И не раз. Он помог мне выбраться из леса, носил мне воду и еду… Я точно говорю вам, что…
— Но ты просила его об этом, так?
Варя задумалась.
— Да, он почему-то время от времени спрашивал у меня дела. А потом исполнял их…
— И хорошо исполнял! — вставил Куйгорож. — Кстати, если прикажешь, я принесу тебе чего-нибудь холодненького, а то шишка будет. Приложить бы пятак какой…
— Значит, вот так это у вас работает, — хмыкнул Сергей. — Оригинальный способ обойти проклятие… Только это ненадолго. Скоро ты все ее проблемы решишь, Трям Трямович, и что тогда?
— Буду и дальше служить верой и правдой! Помогать во всем! Не то что вы — пустым бульоном накормили, голову чуть не разбили и вон гоните! — Куйгорож ткнул пальчиком в сторону двери.
— Проклятие? Я не ослышалась? — переспросила Варя.
— Видите ли, Варвара, куйгорожи, или трямки, — на первый взгляд очень полезные и милые помощники, — отозвался Дмитрий Михайлович тоном университетского лектора. — Но со временем они показывают свою истинную натуру. Если хозяин не успевает или забывает дать им новое дело, они разрушают все, что создали. А после этого, не найдя, куда выплеснуть свою неуемную энергию, нападают на самого хозяина и в конце концов…
— Чего-о-о ты врешь, старикашка?! Чтоб я — на Варю — напал? Да никогда!
— …в конце концов губят его, если только хозяин прежде сам не избавится от Куйгорожа. Сделать это довольно просто…
Варя почувствовала, что Куйгорожа затрясло, его ножки напряглись, и она предусмотрительно придержала своего защитника.
— Куйгорож, ты мне вроде хотел что-нибудь холодное для головы принести. Сбегай, пожалуйста!
