– Является, – спокойно ответила Йалка. – Но есть вещи, которыми нельзя руководить.
Твои бы слова – да в уши некоторым представителям власти, радость моя. Так, ладно, о чем это я? Сейчас не до анализа правительственного аппарата.
– Слушай, а почему ты так обрадовалась, когда мы попросили показать горы? – неожиданно влез в разговор Шарик.
Хорошо хоть сказал «мы», а не «я и мой человек».
– Я их очень люблю, – улыбнулась Йалка, мягко погладив шарканя по чешуйкам, на что мелкий бандит тут же прикрыл глаза и довольно зашипел эдаким змеиным аналогом кошачьего мурлыканья. – А дядя не особо одобряет мои прогулки в одиночку.
– Дядя? Ты имеешь в виду Алуша?
– Да, – последовал ответ. – Он меня нашел в этих горах во время одного из обвалов. Мы жили высоко-высоко, но, увы, спастись никто не смог. Меня чудом отыскали и еле вернули к жизни.
– Понятно, – пробормотала я, понимая, что зря полезла со своими дурацкими вопросами.
– Ты посмотришь на них и, думаю, не останешься равнодушной. Внутри очень красиво, наши резчики по камню говорят, что с удовольствием бы жили в такой красоте. Маги тоже часто захаживают в каменные тоннели за камнями силы и разными оберегами.
– Ну, если не приходится делить место с неприятными соседями, можно и жить, – не стала спорить я.
– В тоннелях никого нет, – рассмеялась Йалка. – А вот под горами живут кузнецы видений, а еще могут появиться сталактитовые духи. Но с ними лучше не встречаться.
– Почему? – спросил шаркань.
– Они любят полакомиться человеческой плотью.
Темно и холодно, толком не разберешь, где находишься. Правда, с закрытыми глазами светло и не будет. А еще почему-то жутко ломит все тело. Ни встать, ни повернуться. Так, стоп! А что со мной? Если верить ощущениям, то я лежу на чем-то очень твердом и в крайне неудобной позе.
– Вика, Вика, – прозвучал обеспокоенный голос у меня над ухом, и тут чем-то несильно шлепнули по щеке. – Ты живая?
Через секунду дошло, что голос принадлежит Шарику. Однако ответить не вышло, так как, явно переусердствовав, змей залепил мне еще одну хлесткую пощечину.
– Ай! Шаркань, твою за ногу! – вскрикнула я, подпрыгивая на месте и тут же ударяясь головой о потолок. – Ой!
Прошипев ругательства, я попыталась понять, куда меня занесло. Камни, сплошные камни. Я лежу на земле, в какой-то пещерной нише. Так, хорошее дельце. Как я тут вообще оказалась?
– Вика, – позвал Шарик и тихо подполз ко мне. – Ты как себя чувствуешь?
Я приложила руку к щеке и невольно ойкнула.
– Ничего, только ощущение, что меня активно пинали ногами. Чем это ты так стукнул?
– Хвостом, – признался Шарик. – Ты не знаешь, как мы тут оказались?
О, еще один! Следовательно, произошло что-то из ряда вон выходящее, так как обычно он способен оценить обстановку получше меня. Да и удрать имеет больше возможностей.
– Не знаю, – пришлось говорить чистую правду.
Я коснулась ладонью камня. Странно, гладкий и теплый, хотя в пещере совсем не жарко. Если я буду продолжать сидеть без движения, рискую замерзнуть. Все в этом царстве не как у людей!
– Давай вспоминать. Последний эпизод, который моя память изволит показать, – мы втроем заметили мерцание в конце пещерного коридора и пошли посмотреть. Вокруг были стены из алатара, а бурштын…
– До бурштына мы так и не добрались, – мрачно сообщил Шарик, явно не разделяя моего оптимистичного настроя. – Больше я ничего не помню. Очнулся, как видишь, раньше тебя.
Некоторое время я молчала, пытаясь собрать в кучу не желающую обретать целостность картину недавних событий. М-да, получается совсем неважно.
– А где… где Йалка?
Шарик покачал головой:
– Ее с нами нет. Очнувшись, я немного поползал туда-сюда, порассматривал, однако отыскать никого не сумел.
Плохо, очень плохо. Мало того что сами черт знает куда влипли, так еще и девчонку потеряли. Ни Радистав, ни Алуш за это по головке не погладят. Впрочем, сначала надо определить, на каком мы свете, потом отыскать Йалку и возвращаться назад.
Видно, я произнесла все это вслух, потому что Шарик фыркнул что-то вроде: «Вика – спасительница мира», а потом неожиданно задал странный вопрос:
– А может, к лучшему, что так? Возвращаться к Покойнику – для нас не очень хорошее дело. При нем искать сферу не совсем удобно.
– Ты не шаркань, ты – поросенок, – хмыкнула я. – С одной стороны, предложение не столь плохое, но… Есть серьезные и весомые «но». Мы не знаем, как отсюда выбраться. Мы не знаем, сколько понадобится припасов. Да, еще мы не знаем, как попасть в Нарвь. Мне продолжать?
Шарик насупился. Во всяком случае, у меня возникло именно такое ощущение.
– А может, не будешь выделываться и признаешься, что просто страшно блуждать без белоглазой проводницы?
Нет, ну какой он ехидный! Чтоб я еще раз шарканя завела!
– Кстати, не отрицаю. Она нам ничего плохого не сделала, поэтому бросать ее мы не имеем права.
– А вдруг ее в живых нет? – пробурчал Шарик.
– Это почему же нет? – неожиданно совсем рядом раздался глуховатый низкий голос.
