Стеклянные дома полностью

– Я подумал, вам понравится какая-нибудь похабная хохма, мистер Томас, с вашей-то страстью к противоправной диссидентской деятельности.

– С моей страстью к чему? – переспросил Йестин.

Полицейский проигнорировал вопрос.

– Может, я уже представлюсь? Называй меня Клайвом, окей? И я совсем не пытаюсь идти на конфликт. На самом деле мне было бы интересно тебя послушать: ты наверняка знаешь много всего ценного.

Йестин опять качнулся на стуле.

– Ага.

Клайв в Штатском встал. Прошел через комнату к двери. Выглянул в окно.

– Например, я тут все думал: интересно, насколько близко ты знаком с Эвионом Уильямсом из Порт Мэдока?

– Это называется Порт Мадог. А не Порт Мэдок.

Клайв ухмыльнулся.

– Ну а как насчет мистера Уильямса?

Сколько Йестин знал Эвиона, тот никогда не называл себя Уильямсом. Как и многие ребята в их компании, он отказался от английской фамилии в пользу среднего имени – Уин. Эвион Уин – вот какое у него было бы имя, не припрись в Уэльс чертовы англичане и не переверни они все с ног на голову. Так что Йестин ответил вполне честно:

– Никаких Эвионов Уильямсов я не знаю. К сожалению.

Гад в Штатском вытаращил глаза.

– Ну хорошо. Давай по-другому. Как насчет девушки Уильямса? Хорошенькая такая телочка. Рыжая. Ангарад Джонс. Ее ты, видимо, тоже не знаешь, да?

Вообще-то это Ангарад познакомила Йестина с Эвионом – в тот единственный раз, когда он случайно встретил ее прошлым летом на фестивале Maes после того, как сто лет не видел. Она была из И-Вро-Гимрайга, они с Эвионом оба были родом оттуда, с полуострова Ллин. Она играла на арфе, Йестин помнил ее с тех пор, как она выступала на Эйстедводе[19], когда он был маленьким. У него самого тогда был чудесный голос – пока не сломался и не растерял всю магию.

– Не-а, не припоминаю такой.

Гад в Штатском крякнул.

– Вот забавно. То есть вы ни разу не пересекались на сборищах ВСРД[20], на которые ты частенько заглядываешь?

Йестин не отводил взгляда. Да ну на хрен.

– Не знал, что миссис Тэтчер запретила гражданам иметь собственные политические пристрастия.

Даже просто произнеся эти слова, Йестин уже почувствовал себя немного Эвионом. Политические пристрастия. Йестин бывал на встречах Валлийского социал-республиканского движения всего два раза и не горел желанием когда-нибудь прийти туда снова. Ему хотелось, чтобы все вокруг горело синим пламенем. Хотелось действовать. Хотелось все к чертовой матери разнести, а не раздавать долбаные памфлеты и разговаривать про гребаного Троцкого и «иностранный капитал». Он-то ходил на эти встречи, потому что представлял себе коктейли Молотова и бомбы с гвоздями. В новостях на HTV про них рассказывали именно это. И никто не упоминал муть про «английский империалистический гнет» и «интернациональное социалистическое братство». На Чили и Южную Африку Йестину было насрать с высокой колокольни.

– Мы с вами встречались где-то в городе? – спросил он.

– Нет, я не отсюда.

– Ха. Тогда откуда же вам известно, что я бывал на этих встречах?

Клайв улыбнулся.

– Это моя работа – оберегать страну от диверсантов, которые представляют угрозу ее безопасности. Мы знаем практически все, мистер Томас.

– Ну, видимо, не все, иначе знали бы и то, что я уже чуть ли не полгода не был на этих клоунских сборищах революционеров.

Клайв в Штатском рассмеялся, отчего розовенькая кожа на его голове натянулась и засияла в едком свете продолговатой лампы, висящей наверху. Вышло даже зловеще. Наконец успокоившись, Клайв сказал:

– Ну что ж. Жаль, что у вас нет связи с Эвионом Уильямсом, потому что нам очень нужно получить о нем кое-какие сведения. Очень-очень нужно.

– Это вы к чему?

– А вы как думаете? – Клайв направился обратно к столу. Сел.

К горлу снова подступила тошнота.

– Вам такое вообще разрешается?

– Мистер Томас, речь идет об общественной безопасности. Мне разрешается практически все.

Йестин шумно втянул воздух через зубы. Облокотился о стол.

– А, понятно. Ну что же, мистер, неплохая попытка, но, хоть я и считаю, что вся эта байда про социалистическую республику – хрень собачья, стучать англичанам на своих я не стану, понятно?

Клайв медленно кивнул, будто в буквальном смысле пережевывал то, что сказал Йестин.

– А вы там у себя на ферме, я смотрю, бешеные деньги заколачиваете, да? И зарплату, похоже, впрок откладываете? Потому что вы понятия не имеете, какой штраф вам грозит за нападение на констебля Тейлора.

– За попытку нападения, раньше вы так говорили!

– Разве? Что-то не припомню. Ну вы же понимаете, в таких вещах все очень неоднозначно… Если согласитесь с нами сотрудничать, мы сможем сделать так, чтобы обвинение попросту исчезло, – Клайв сделал паузу: – Ну, то есть, если, конечно, вы в этом заинтересованы. Ясное дело, вас никто ни к чему не принуждает.

Йестин закрыл глаза. Левая щека, куда Дьюи послал свой хук, болезненно пульсировала.

– Ну и конечно, есть еще кое-что, – со вздохом произнес Клайв. – Раз уж деньги для вас не проблема.